Со смертью заодно

Я чувствовала себя измотанной и разбитой, кое-как оделась и к нужному времени вышла из комнаты, прижимая к себе саквояж с вещами. Окружающая действительность расплывалась, и казалось, что именно сейчас я сплю, погружаясь в сон все глубже и глубже, словно в лисью нору, и даже осознавая это, мне никак не удается проснуться. Неосознанно я отмечала моменты, где явь повторяла сон. Одежда, саквояж, лестница. Первое отличие: из кабинета покойного никто не вышел. Во сне из него крадучись вышла Роза Павловна, это я помнила отчётливо.

Дмитрий ждал меня, как и было обещано, возле полуоблетевших кустов сирени, Марк, как и во сне — в карете в лесу. Я устроилась на сиденье, хлопая глазами, в голове все еще вихрились обрывки воспоминаний, таявших под блеклыми солнечными лучами. Время неслось вскачь в такт размеренному стуку копыт лошадей, неумолимо приближая появление вокзала, а следом и поезда. На нервах я чуть не запрыгнула в последний момент обратно в карету, но хоть и с трудом, справилась с секундным прорывом и смогла побороть панику.

Обернулась, осмотрела с подозрением здание вокзала из красного кирпича с истертыми ступенями, ведущими к входной двери, выкрашенной в темно-зеленый цвет. Я удивленно отметила, что с моим сном совпало все, вплоть до мельчайших деталей, но я местный вокзал в реальности никогда не видела. Темно-красный цвет кирпичей, потемневший фундамент, утоптанная дорожка к крыльцу, остановившиеся невесть когда часы на небольшой декоративной башне, прилепленной к покатой крыше здания вокзала.

Мы друг за другом миновали дверь, прошли в небольшой зал ожиданий с двумя круглыми окнами билетных касс, расположенных напротив входа. Одно из них было закрыто помятой картонкой, во втором маячило лицо девушки, круглое, с курносым носом и россыпью веснушек, рыжие волосы были убраны под форменную шляпку. Дмитрий купил два билета, и мы двинулись на узкую полосу платформы с деревянными, выкрашенными в яркий синий цвет лавками.

В панике я внимательно рассматривала всех женщин, стоявших на платформе, примеряя к каждой образ девушки из сна.

Их было всего пятеро, но ни одна из них даже отдаленно ее не напоминала. Что сказать, утро у меня выдалось нервное. Понимала, что навья и в этот раз не причинила мне вреда, да и поздно бояться ночных видений, но никак не могла до конца успокоиться. Однако понемногу, но все же моя паника утихла. Стоял на удивление теплый погожий денек, пели птицы, работники станции сновали вдоль путей.