Приключения Арины. Мир Шира

Вот так бы сразу! Он продолжил давать указания, а потом они вместе что-то обсуждали, а я внимательно наблюдала за Нордом. За тем, как он двигался — уверенно, спокойно.

Как порывистый ветер играл с пшеничными волосами, что лезли ему в глаза, а он снова и снова убирал их с лица. Как напрягались стальные мышцы при малейшем движении. Не заметила, что воин закончил разговор с мужчинами, и случайно встретилась с проницательным взглядом янтарных глаз. Норд улыбнулся. Хитро. Завораживающе.

Опомнилась и мотнула головой, избавляясь от легкого наваждения, отуманившего разум.

— Голодный? — спросила его.

Нужно было узнать, как он остановил зубастое чудище и как уже второй раз очутился рядом и спас меня от неминуемой смерти. Шестое чувство твердило, что я должна быть осторожной с этим юношей.

Норд лукаво подмигнул:

— А ты приглашаешь?

Вот какой Казанова! Проигнорировав попытку флирта со стороны молодого человека, ладонью поманила его за собой и направилась к дому.

Норд излучал опасность. Понимала, что ему от меня что-то нужно, иначе не старался бы спасать от каждого мимо пробегающего аюсталла и не терся бы поблизости, прячась за углами.

Очень странный тип. Красивый и загадочный. Но опасный. До легкой горечи на языке и мурашек по коже.

Вскоре мы добрались до дома. Предупредила его, чтобы говорил тихо. Дивонэ наверняка еще спит в моей комнате. Уже который день без изменений — ей до сих пор не стало лучше. Имар и Пимен отсутствовали, наверное, на охоту ушли. Что ж, мне это даже на руку.

— Уютненько тут, — сказал Норд и присел, потянувшись, на лавку.

— Спасибо.

Достала из холодильного шкафа чугунок со вчерашним супом и поставила на печку, которую затопила еще с утра. День за днем температура за окном падала, скорее всего, у них скоро наступит осень.

— Держи. — Тот мигом перехватил их. — Сейчас еще хлеб дам. Нарежешь?

— Для тебя — все, что угодно, — как бы невзначай произнес парень, кокетливо улыбнувшись.

Вот же лис! Резко отвернулась, но спиной продолжала ощущать его взгляд. Вверх по позвоночнику медленно поползли мурашки, а потом будто осели странной тяжестью на плечах.