Приключения Арины. Мир Шира

Конн порывистым движением обвил мою талию крепкой рукой и прижал плотнее к своему горячему телу. Его губы полностью накрыли мои, и мы забылись на мгновение, а может быть, минуты на две, и отдались чувственному порыву, наслаждаясь друг другом. Вдруг чей-то женский голос позвал Конна, и он все же остановился, нехотя оторвавшись от моих губ, а потом шумно выдохнул и ослабил объятие.

Я не сразу вернулась в реальность, но когда все же поняла, где мы находимся, заметила чью-то фигуру за широкой спиной мужчины.

— Эй, сколько мне вас дозываться?! — послышался знакомый женский голос с нотками возмущения. Хозяйка притопнула ногой и вышла из комнаты, бурча что-то себе под нос.

Попыталась скрыть смущение за легкой улыбкой и спросила:

— Ей уже лучше?

Конн отрицательно мотнул головой.

— Она не сдается. Как мы и предполагали, ею овладела тьма. Дивонэ сама это чувствует. И вовсе это не проклятье сестры.

Его плечи шевельнулись на тяжелом вздохе. Даже не знаю, что лучше: оказаться под проклятьем или стать узником тьмы.

— Нас ждут, — тихо напомнила и отстранилась. — Только сначала приведу себя в порядок, а потом выйду. Хорошо?

Ответом мне послужила теплая улыбка. Когда дверь за Конном закрылась, я раздернула занавески и раздвинула ставни, впуская ласковый солнечный свет. Тут же раскрыла окно и вдохнула свежий воздух. Как приятны на слух трели птиц! А цветочные ароматы щекочут нос, пока к ним не привыкнешь…

Быстро накинула длинное серое платье-тунику, повязав черную ленту на талии, уложила волосы в высокий пучок.

Кухня на удивление была заполнена людьми. Бледнолицая Дивонэ сидела на краю лавки, стуча пальцами по столу, рядом с ней стояли Конн и Имар, они о чем-то разговаривали. У печки шептались Доримен и Леония, как всегда, облаченные в воинскую одежду из плотной ткани и шкур. Норд молча привалился к двери, которую каким-то образом уже успели повесить обратно на петли, и чесал голову, наблюдая за Льярдом, который прижимал к стене какую-то девушку, которую было не видно за его широкой спиной.

— Всем привет! — Помахала ладошкой, пытаясь напускным весельем разбавить гнетущую тишину.

Льярд тут же развернулся и подошел ко мне:

— Тебе уже лучше?

В его глазах таились печаль и сострадание.