Ваше хвостатое высочество. Том 1.

За день, а то и за полдня такая красотка отдраивает дом до блестящего состояния, сдает ключи и исчезает. Мальчики бывают разные, в основном тоже молодежь, у этих задача прибрать участок, посему более склонны к использованию тяжелой техники. Ну а электрику-сантехнику я сам периодически проверяю. Так что к вечеру все готово к официальному приему.

Предки прирулили на такси ни свет ни заря. От встречи в аэропорту они отказались по вполне логичным причинам — багажа нет, ночью дороги пустые, ехать недалеко, так что не высыпаться и зевать весь рабочий день смысла нет никакого.

Вполне достаточно поставить будильник на полчаса раньше и заскочить к ним перед стартом. Я даже тортик и прочие вкусняшки еще вчера им в холодильник закинул. Однако, сим благим намереньям не суждено было сбыться. Примерно полшестого утра Лика вскочила и начала с рыком бросаться на дверь. Пришлось вставать. Судя по часам и данным Флайтрадара предки как раз приехали, так что псена бушует вполне обоснованно.

— Тихо! Свои! Сейчас идем.

Лика перестала буянить и уселась у двери, но всем своим видом показывала, что к бою готова и врага, если чего, съест. Без кетчупа и соли. Умылся, побрился, оделся, взял боевую мадаму за ошейник (очень, кстати, удобный рост, даже наклоняться не надо) и вышел из дома. На улице она пару-тройку раз потянула носом и успокоилась. Подумав, отпустил ее, предупредив.

— Веди себя хорошо, не рычи и не кусайся. Идем с моими предками знакомиться. С мамой советую быть особенно белой и пушистой, а то может и сковородкой отоварить.

Или еще какой вожжой. Были прецеденты.

Лика удивленно посмотрела на меня, потом обозрела собственный абсолютно черный бок и попыталась нахохлиться. И снова уставилась на меня с вопрошающим выражением на морде. Не заржать было невозможно! Выражение морды плавно перетекло в обиженное.

— Извини, Лик, это абстрактный анекдот про белую и пушистую жабу, которая, типа, болеет, а потому коричневая и пупырчатая. Но маму действительно лучше не злить, добрый совет.

Успокоенная Лика увенчала наш моно-диалог практически страдальческим вздохом и с гордым видом проследовала к калитке.

Пред светлы очи моих предков мы предстали уже через 5 минут. Моему раннему визиту они обрадовались, Лике удивились, но, когда узнали, кому сим изменением графика обязаны, признали за ней кучу добродетелей, базирующихся на глубоком уме и хорошем слухе. Про нюх они не догадались. В целом Лика была обласкана и высочайше принята в семью.