Проклятие Принца

***

— Фенхель! Это что за бешеная сумма? Здесь какая-то ошибка? – Рессар Видьер с изумлением смотрел на погашенный чек за его подписью на сумму в несколько тысяч золотых.

— Нет, господин. Это счет с аукциона, — невозмутимо ответил мажордом.

— И за которую из них я вывалил целое состояние? Что-то я не припомню, чтобы мне называли такие суммы.

— Из договора следует, что триста пятьдесят золотых вы заплатили за чернявочку Калиту, остальное ушло, чтобы перебить ставки за полуфею Вильду.

— Почти четыре с половиной тысячи?! За недофею? И даже недоколдунью? – вытянулось лицо Рессара.

— Совершенно точно, господин. Видимо, те господа очень желали заполучить её, но вы перебили им ставки.

Рессар не нашелся что ответить, только развел руками и тяжело вздохнул.

— Поверишь ли ты, что я меньше был бы раздосадован, если именно Калита досталась мне за четыре тысячи?

— Она в соседних покоях вашей фаворитки, мой принц.

— Где?

Мажордом вздрогнул, потому как был уверен, что верно угадал желания господина.

— Нет-нет-нет, Фенхель, немедленно переселяй её вниз! Покои фаворитки оставь пустыми, для всех не вхожих в дом пусть ходят слухи, что покои заняты. А для домашних – пусть правильно разносят слухи. Понял?

Мажордом побледнел, но поспешил откланяться и убежал исполнять повеление господина.

— Вот и славно… Хотя могло быть в разы дешевле. Чёртова колдунья, кто же так хотел твою невинность?

Рессар снял с рук белые перчатки и потёр ладони.

Все чаще одолевало желание дотронуться пальцами до особенно красивого личика и почувствовать тепло нежной кожи. Но не с его проклятьем. Не с его «даром», как говорил отец. Дар, который стал проклятьем.

Рессар снова натянул перчатки и вернулся к рабочему столу. Взгляд упал на погашенный чек. Ладно, наряду с разочарованием от Вильды, его ждет много приятных ночей с Калитой.

***

— Новые комнаты тебе понравились? – голос больше походил на мурлыканье большого кота. – Покажи мне, где разместил тебя строгий старик.

— Конечно, господин, пройдите за мной, — женский весело журчащий голосок принадлежал Калите.

Это кого же она повела в свою комнату? Вильда вытерла руки о фартук и выскочила из подсобки в длинный коридор.