Проклятие Принца

Распорядитель межкоролевского аукциона выделил Рессару Видьеру личного служащего, который расшаркивался перед ним и рассказывал все нужные и не очень подробности о лотах. Они проходили между рядами рабов разного пола и вида, все были обнажены и стояли в полный рост, чтобы покупатели могли рассмотреть товар с разных углов.

— Чернявочка, как вам? Не угодна?

Похоже он заметил, как блеснули глаза господина, стоило тому пройтись взглядом по стану молоденькой чернокожей девушки. Но страх, даже ужас в глазах той погасил блеск глаз Видьера.

— Мне что-нибудь стандартное и незаезженное… Ничего экзотического. Не сегодня.

— Как скажете, господин. У нас есть несколько полукровок, не желаете?..

Хитрец похоже унюхал любовь Видьера к экзотике. Полукровки интересное решение, когда внешностью они сочетают вполне классические черты, но тонкими намёками, неуловимыми движениями источают опасную и такую искусительную диковинность!

— Да, — Видьер прокашлялся, чтобы сбить хрипотцу в голосе и уже твёрже закончил: — Покажи полукровок.

Им пришлось отойти от центральной залы, через боковой выход в отдельную комнату.

— Венера, голубоватый оттенок кожи единственный выдающий её признак русалки. Нема, но под водой сладкоголоса, как все морские нимфы. У этой золотистые волосы. Необыкновенна!

Видьер кивнул и сделал знак идти к следующей.

— Это Вильда, мать уверяла, что она наполовину фея, хотя никаких внешних признаков нет. Она из Королевства Колдунов. Пока никаких особенностей за лотом не замечено, но за ней уже есть несколько ставок.

Видьер задержался, разглядывая Вильду. Молодая колдунья или фея действительно ничего экзотического во внешности не имела – тёмные волосы средней длины, как у большинства девушек из земель Колдунов, светлая кожа, не привычная к солнечному свету, запуганные голубые глаза, в глубине которых мелькала …дикость? Дерзость? Вызов? Так странно противиться судьбе, когда тебя уже выставили на аукционе.

— Мать? Её продает собственная мать, согрешившая с фейри? – уточнил Видьер.

— Н-нет, — смутился служащий, испугавшись, что ненароком ввел в заблуждение богатого господина. – Я сказал мать, хотя она ей мачеха. Тут грешок совершил её родной отец, так что фея она по женской линии.

— Как интересно! – протянул господин, и, хотя блеска в глазах служащего не заметил, уловил нервозность в движениях старого развратника.