Волшебство с ведьминым настроением

- Вы каждый раз говорите что, всё хорошо, - сквозь всхлипы пробормотала я, уткнувшись в его плечо.

- Возможно, потому что всё и, правда, хорошо? – с долей иронии проговорил он мне на ухо.

- Меня чуть не убили, - очень тихим и почти философским голосом напомнила я и подняла голову.

Его губы мягко коснулись моих. От неожиданности я отклонилась назад, но меня не отпустили. Цвет серебра пугающе засиял. Следующий поцелуй прошёлся по моим нервам осколками. И я сильнее вцепилась в его куртку. Глубокий, страстный, ни на что не похожий и такой долгожданный.

Мы прижимались так тесно, что я чувствовала его бешеное сердцебиение и кровь горячилась всё сильнее. Его губы теперь припадали к шее, руки сжимали, а мои бедные ноги подгибались. Судорожный вздох и новый глубокий поцелуй.

Неожиданный порыв ветра оторвал от меня мага. Он отпрыгнул на два шага и, засунув руки под мышки, остановился. Голова опущена, весь вытянут в струну, только тяжёлое дыхание не вязалось с его позой. Я же непонимающе смотрела на него.

Когда и как всё прекратилось?

По голым рукам и шее прошёлся ветер. Расстегнутые пуговицы, развязанная лента в волосах и плащ у моих ног. Нервными пальцами постаралась привести себя в порядок и, чуть покачнувшись, подняла плащ. Главарь всё так же стоял с закрытыми глазами и глубоко дышал. Прошла минута, вторая, а ничего не менялось.

- Господин Скэнмор, - позвала я, протягивая руку к плечу.

- Джеймс, - он резко открыл глаза, и рука сама собой спряталась за спину.

Серебро уже не так ослепительно сияло, но в темноте тусклый металлический отлив абсолютно нечеловеческих глаз приобретал пугающие черты.

- Мне будет приятно, если ты станешь называть меня по имени, - хриплый голос, не похожий на обычный, завершил картину совершенно нового для меня главаря наёмников. – И, думаю, всё же лучше отвезти тебя в лавку.

Маг вёл лошадь в поводу, а я, немного шатаясь, держалась в седле. В голове ещё не прояснилось, и внятных мыслей не было. Поэтому я молчала, хотя изредка набирала в грудь воздух, чтобы спросить у наёмника, когда он уезжает или не уезжает, но замолкала на полуслове.

Он шёл, не оглядываясь на меня и, похоже, тоже пытался собраться с мыслями. Так в ночной тишине мы добрались до дверей лавки и замерли.

Больше вольностей себе маг не позволял и даже когда снимал с лошади, просто поставил на землю и отступил. Мы стояли друг напротив друга, его тёмные глаза теперь изредка блестели серебром, но он то и дело отводил их в сторону.