Огненная няня для дочери генерала

Я привыкла к чувству, что время от времени заявляло о себе теплом в груди. Будто кто-то зажигал свечу, и пламя грело меня изнутри. Но управлять им я по-прежнему не могла.

Это тревожило, ведь день рождения Лиэлль неумолимо приближался. От меня ждут определенных вещей! И мне бы отбросить предрассудки, начать тренироваться, но страх спалить кого-нибудь, как ту злополучную шторку, связывал по рукам и ногам.

Мэтр Орион верил в меня сильнее, чем я сама. Мягко говоря, стариком он был странным. Если бы не он, давно бы созналась герцогу Райолу в том, что никакая я не Айне Элени и вообще отстаньте от меня.

Но настойчивость пожилого мага укрепляла мою пока еще шаткую веру в себя.

Я все так же путешествовала по воспоминаниям Элени, но теория, не подкрепленная практикой, была бесполезна.

«Вы должны перешагнуть внутренний барьер, Марьяна», — твердил Орион, покачивая головой и улыбаясь.

Шутник, тоже мне. Легко ему говорить.

Но произошла еще одна странная вещь — я стала понимать Тотошку.

Котенок называл меня мамой. Сначала я не поверила самой себе, думала, что у меня окончательно поехала крыша. Но нет, я четко слышала в голове голос ягуара.

Это была не привычная уху человеческая речь. Он общался со мной мыслями, образами, обрывками фраз. Как ребенок, который только учится говорить. Он вел себя то капризно, то игриво, то порыкивал на слуг, мэтра Ориона и герцога, готовый защитить меня в любой момент. Это было удивительно и забавно. Но почему эта способность проснулась не сразу?

Тоже вопрос.

Как и то, зачем противный феникс меня клюнул. Хотя мэтр Орион, как и герцог Райол, удивился и даже чему-то обрадовался!

Порой, поднимая взгляд к небу, я опасалась увидеть силуэт огненной птицы.

Этой ночью я попросила горничную, Юнис, оставить меня в одиночестве. Заканчивался шестой день моего пребывания в новом теле и в новом мире. Я окрепла, головокружение и приступы слабости перестали беспокоить. Поднимаясь по лестницам замка, теперь я не хотела присесть, отдышаться и повздыхать, будто старушка какая.

Тотошка видел десятый сон. Наглый ягуар снова развалился поперек кровати. Он ел за троих и рос как на дрожжах, и так же ярко пылал.

Я поставила на подоконник восковую свечу и расположила ладони с обеих сторон от нее. Губы упрямо сжались, брови сошлись на переносице от усердия.

— Ну же, давай, — бормотала я, вспоминая подсмотренные уроки Элени и ее наставницы.

По идее, фитиль должен вспыхнуть.