Академия Космического Флота: Пограничный филиал

Ночной Захран оглушил яркими билбордами, привычной духотой, пронзительными сигналами флаеров и гравибайков, запахами выхлопных газов и серым небом, на котором не было видно ни единой звезды. За последние пять лет орбита Захрана стала существенно чище. Моя родина больше не считалась планетой с синдромом Кесслера, и на неё теперь могли достаточно свободно приземляться корабли Федерации. Однако это никак не способствовало решению других проблем Захрана. Все так же присутствовал парниковый эффект; обширные территории были заражены радиацией; а питьевая вода имелась в ничтожно малых объемах.

Из динамика на фонарном столбе заиграла музыка, а затем её прервал голос диктора:

— Дорогие жители Захрана, спешим сообщить последние радостные новости! На этой неделе было уничтожено пятьсот кубометров радиоактивного мусора, а также очищено триста пятнадцать тонн воды. Наши старшие братья и сёстры с Танорга на следующей неделе пришлют лайнер с новыми роботами, которые будут заниматься фильтрацией воздуха от выхлопных газов…

Проходя мимо трёхуровневой автозаправочной, я на миг переключила внимание на двух мужчин, что заливали бензин в старенький аэрокар, почему-то запаркованный на земле, а не на электрогидравлической платформе.

— Может, всё-таки топливо класса «Г»? — спросил один из них.

— А, мне и это сойдёт, — махнул рукой второй. — Оно все же на полкредита дешевле.

Наручный коммуникатор мигнул сообщением, отвлекая меня от разговора незнакомцев.

«Вивьен Виардо, по трудовому договору 76902-54 на ваш личный счёт поступило три кредита».

Три кредита за пятнадцать часов, проведённых в беготне на каблуках, адской работе на кухне и помощи Джине. Это сообщение выглядело как настоящее издевательство. Для того чтобы скопить полную сумму на операцию, мне потребуется работать три года и при этом не тратить ни единого кредита больше ни на что. Я узнавала: чтобы сделать пересадку кожи, необходимо как минимум две с половиной тысячи кредитов. Восемьсот стоит билет на лайнер до ближайшей хорошей клиники на Миттарии и тысячу семьсот — сама операция.

Наручный коммуникатор вновь провибрировал.

«Ваш опекун снял три кредита с вашего личного счёта. Текущий баланс составляет ноль кредитов».

С раздражением выключила экран устройства и тряхнула запястьем. Внутри поднималась буря гнева. Гардения за крайне редким исключением никогда и ничего мне не оставляла.

За углом показался высокий, монолитный серый дом.