Хозяйка Проклятой Лавки, или Драконам вход воспрещён!

Или это сеанс самолечения?

— Ну как, пришла немного в себя? — нетерпеливо спросила девушка, возвращая моё внимание к себе.

Что-то ответить я не успела, раздался стук в дверь.

— Кого принесло так рано? — проворчала под нос моя копия. — Быстрее одевайся.

Она схватила с мягкой банкетки стопочку вещей и бросила её мне.

— Дорогая, ты проснулась? — донёсся мужской голос.

— Я не одета, дядя, — внезапно слабым голосом отозвалась девушка. — Одевайся, говорю, — прошипела уже мне.

Пришлось оставить все вопросы на потом и приняться надевать на себя местный аналог пижамы: короткие хлопковые штанишки и удлинённую рубашку.

— Меня, а точнее, теперь тебя зовут Катрина. Леди Катрина Сайрин. Вчера ты упала с лестницы и потеряла память. Помнить тебе ничего не обязательно. Изображай слабость. Ах да, чуть не забыла.

Она приблизилась и защёлкнула на моём запястье массивный серебряный браслет. И, как ни странно, мне стало ещё хуже.

— А не пойти ли тебе…

Выслушивать адрес места назначения Катрина не стала и припустила в соседнюю комнату, скорее всего, туалет, куда бы я желала попасть вместо неё.

— Катрина? Ты оделась?

— А если я скажу, нет? — пробурчала без особой надежды.

— Хватит капризничать, Катрина, — раздражённо заявил всё тот же голос, и дверь приоткрылась.

Мужчина лет шестидесяти на вид заглянул в комнату, оценил взглядом мой внешний вид и распахнул дверь шире. Как и моя копия, он был одет не по привычной мне моде, а в удлинённую тунику, подпоясанную на бёдрах ремнём, и свободные брюки, заправленные в сапоги.

— Как ты себя чувствуешь, дорогая?

— А вы кто?

— Я твой дядя Мартин. Мы же общались вечером. Снова всё забыла? — нарочито мягким тоном спросил он.

— В голове каша, — буркнула я полуправду.

— Мы ненадолго. Сэр Джори только прибыл и сразу пожелал встретиться с невестой.

— Сэр Джори, — медленно повторила я.

— С тобой, Катрина.

Громкое покашливание раздалось от двери, и в помещение, широко шагая, вошёл грузный мужчина в кольчужном доспехе. На его поясе в ножнах покоился длинный меч. Блеклые с проседью волосы, судя по красноречивому блеску, давно не встречались с шампунем. Если, конечно, он уже изобретён. Мужчина нахмурил суровое лицо, оглядывая меня сальным взглядом чёрных глаз. Ухмылка коснулась тонких губ, но выглядела она как-то криво.