Отдай туфлю, Золушка!

Дезирэ, прислонившись к трону, грыз орешки, а Марион… ну а что Марион? Разве его хоть что-то могло заставить изменить излюбленной расслабленности?

Король вошёл. Дезирэ почтительно склонился в поклоне. Стража отсалютовала оружием.

Монарх шествовал не один. Рядом с ним плыла обворожительной красоты блондинка в раззолоченном платье. А я подумала, что этой девице намного более подошло бы быть феей, чем Каре. Лёгкая, воздушная, того и гляди – взлетит. Когда король тяжело опустился на трон, она встала по левую руку от него (по правой был Дезирэ) и нежно нам улыбнулась.

Я с трудом смогла оторвать взгляд от её очарования и перевести его на папеньку принцев.

Андриан напомнил мне… Челентано. Вот серьёзно. Такое же вытянутое лицо, кривые зубы, низкий лоб, и при всём вот этом – мужественность и харизма. Король ухмыльнулся, облокотился о ручку трона и посмотрел на провинившегося сына.

– Хор-рош! – протянул издевательски. – Ничего не скажешь! Не вижу, чтобы ты был ранен или без сознания.

– Хуже, – фыркнул Дезирэ.

Король живо обернулся к нему:

– Да ладно? И как же?

– Его вот пожалел, – кивнул брат Мариона в мою сторону.

Андриан быстро взглянул на меня. Удивился.

– А подробней? – потребовал с любопытством.

– Я пообещал вздёрнуть мальчишку.

– И?

– И всё.

– И всё?!

Король вскочил, стремительно подошёл ко мне, с интересном разглядывая. У него была немного подпрыгивающая походка, как у грача.

– Так-так-так, – прошептал, пощёлкал сухими пальцами, – и кто же ты будешь?

– Меня зовут Дрэз.

– И кто же ты будешь, Дрэз?

Я промолчала, не зная, что сказать. Король не производил совсем уж страшного впечатления. Может, Кара преувеличила, рассказывая о юности своего любовника? Я невольно оглянулась на Мариона.

– Молчим? – весело уточнил Андриан.

– Дрэз – мой слуга, – внезапно сердито вмешался старший принц. – Тебе не кажется, мой король, что довольно странно разговаривать со слугой в присутствии его господина?

Король живо улыбнулся, заложил пальцы рук за ремень и жизнерадостно осклабился.

– Почему нет, почему нет? – произнёс скороговоркой.

– Зачем я тебе?

– А зачем сыновья отцам нужны? Иль не знаешь? А? Знаешь?

Марион промолчал. Он стоял, повернувшись к нам, и меня поразило выражение лица принца-кролика. Какое-то… гадливое, что ли. Но почему?

– Не знаешь! – мелко рассмеялся монарх и повернулся к другому сыну. – А ты, Рэз?

– Понятия не имею. У меня-то сыновей нет.

– Это пока, это пока. Эх, дети.