Верни меня, если сможешь...

— Судя по тому, что раны имеют характерную корку заветривания, он погиб ещё весной, — сухо отчитался Лэнс, аккуратно раздвигая превратившийся в лохмотья камзол мёртвого коллеги. — Похоже, причиной смерти стало нападение хищника: видишь, как идут раны, — он провёл тонкой указкой по рваным линиям, превратившим грудь когда—то сильного парня в решето. — Интересно, почему он не вернулся, почему ходил нежитью столько времени, прячась от всех и как вообще такого, как Гвэн, мог кто—то застать врасплох? Он не хуже тебя мог чувствовать любое колебание в воздухе.

— Думаю, он прекрасно осознавал, что с ним случилось, и просто решил дождаться, когда истлеет, — коллегу было жаль, искренне жаль. Иногда наша сила становится для нас проклятием: не дающая упокоиться, она заставляет ещё какое—то время ходить неживым существом, пугающим, отталкивающим от себя живых. — Остальное нам необходимо выяснить, у нас очередное «иссушение», повторяющееся уже третий раз, а улик — ноль, хотя в этом случае нас окружает лес и наследить здесь просто некому.

— Возможно, в этот раз была добровольная передача, — поднявшись с корточек, выдал свою гипотезу Лэнс, пряча орудие осмотра в бархатный мешок, пропитанный обеззараживающими выжимками из трав.

— Эту версию исключать не будем, — я уже и сам думал об этом, предыдущие разы «пострадавшие» были загнаны в угол, их поза указывала на защиту, Гвэн же сидел в смиренной позе, облокотившись о ствол дерева рядом с тропой, по которой вполне мог кто—то проходить, до того как его нашёл местный лесник.

Тихий, маленький городок на границе с Истэрией встретил нас грустным, тяжёлым небом над цветными домиками.

Всегда удивлялся этой любви местных жителей к стремлению делать свои дома такими яркими.

Поначалу от этого постоянного перехлёста цветовых пятен рябило в глазах: не очень приятное ощущение, но, когда привыкаешь, становится даже интересно вглядываться в это многоцветье, и серое небо, держащееся над этим городком почти весь год, уже не так давило.

Здание местного отдела по магическому преступлению, как и во всех маленьких провинциальных городках, соседствовало с отделом правопорядка, и просто било своей серостью на фоне радужного калейдоскопа.