Верни меня, если сможешь...

— Алия — это ты? — отчего-то – вспыхнул образ виры, тянувшейся к «Кошмару»: вдруг он и её затащил сюда, да ещё и ранил, — но в это раз реакции не последовало.

— Только бы жива, — взмолилась тихо-тихо.

Как выбраться отсюда? Как?

Судорожно завертела кистями рук, натирая кожу верёвками.

— Да чтоб вы сгорели, — простонала сквозь боль, злясь на свою беспомощность.

Пространство вокруг меня чуть подёрнулось, и в следующий миг ноздрёй коснулся аромат тлеющей ткани. С силой шмыгнула, глотая кровь, забившую нос, прислушиваясь, не показалось ли.

Нет, не показалось, и тому доказательством был обжигающий жар вокруг запястья. Лихорадочно задёргала руками, когда кожу нестерпимо зажгло. Верёвка сначала растянулась, а затем распалась, освобождая. Нервно затрясла обожжёнными кистями, стараясь утихомирить боль от ожога. Благодаря при этом про себя всех богов, что знала, за то, что у меня получилось провернуть такой финт.

Ведь это же я сделала, я? — покрутила головой, в комнате по-прежнему была лишь я, не считая той, надеюсь, ещё «живой» кучи.

Теперь надо отвязать тело от стула и освободить ноги. Справилась я с этим на удивление быстро: несмотря на дрожащие пальцы, вцепилась в узлы, не оставляя им шанса больше сдерживать меня.

Освободившись, осторожно встала, пытаясь определить, смогу ли идти. Голова тут же закружилась, напоминая о недавнем ударе. Вытерла тыльной стороной ладони, липкую от крови нижнюю часть лица, сделала неуверенный шаг.

Один.

Второй.

Третий.

Отлично, иду.Теперь куча.

Осторожно подобралась к наваленной бесформенной горой тряпью. Запах тухлого усилился. Странно источник вроде остался позади. Протянула руку к то ли портьере, то ли к покрывалу, скрывавшему под собой явно кого-то. Но не успела прикоснуться, как куча «задышала»: поднимаясь, то вверх, то вниз, начала распадаться.

— Дуглас? — прикрывая рот ладошками, сдерживая крик.

Мужчина, пошатнувшись, встал во весь свой немаленький рост, обдавая тягучей волной тошнотворного аромата.

— Мия? — снова услышала это имя, которым меня называл «Кошмар».

— Амалия, Дуглас, я — Амалия, — похоже, и этот туда же: надо делать ноги, пока не набросился.

Развернулась и уже твёрдо прошагала к окну, пытаясь разглядеть, какой это этаж.

Отлично, первый, и створки вроде открываются. Потянулась к защёлке. Поддалась, хоть и не с первого раза.