Верни меня, если сможешь...

Серое двухэтажное здание, отличавшееся от светлых домиков с голубой черепицей, говорящих, что я — не в Сарате, неприветливо раскрыло скрипучие двери.

Холл встретил ровным, холодным квадратом, по периметру разбитым резными деревянными проёмами и портретами неизвестных мне виэров между ними. Времени осмотреться не дали, сразу направили к тяжёлой, каменной лестнице, уводящей на второй этаж.

И вот, теперь я сижу, глядя сквозь железные прутья на моего тюремщика, размышляя, что делать дальше.

— Послушайте, виэр, я хочу знать, по какой причине нахожусь здесь, — вновь подала голос в надежде услышать обвинение, но на меня только подняли усталый взгляд.

Сбилась со счёта, который раз прошлась по периметру камеры, где из удобств была лишь лежанка, заправленная серым, застиранным одеялом.

— Виэр Рэйсон Эриз, я требую встречи с ним, — ухватившись за холодные прутья, почти умоляюще произнесла имя последней надежды.

В ответ получила лишь молчаливый кивок.

Глубоко вздохнув, ещё раз сделала круг по серому, холодному помещению.

«И что теперь? Я — взаперти, не знаю что делать, меня не желают слышать. Это тупик!» — плюхнулась шумно на единственный предмет мебели места моего заточения. Шершавая стена, как только я на неё облокотилась, неприветливо царапнула плечи, даже через махровую ткань халата.

Захотелось завыть.

Не этого я жаждала, думая о возвращении.

Я желала увидеть Рэйса в этот раз любой ценой, узнать, как там Мария, но точно не просиживать в тюремной камере по непонятной мне причине.

В конце концов, хождение по городу в пижаме и халате — не такое уж страшное преступление, чтобы садить человека в тюрьму, если только, конечно, меня не задержали из—за обвинения Валерии в нападении на её сестру.

«Ууу…» — просто провыла про себя, уткнувшись в колени.

«Так, отставить панику! Мне не предъявляют обвинение, а значит, не всё так плохо. Хотя куда может быть хуже?» — подняла голову, упираясь взглядом в чёрные, вертикальные прутья.

— Эээ… Я хочу пить, — попробовала вновь привлечь к себе внимание.

Странно, но на этот раз моя просьба не была проигнорирована: стакан чистейшей, прозрачной воды, почти сразу был протянут в безмолвном жесте.

— Благодарю, — выпила залпом прохладную жидкость.

Ладно, со мной не говорят, но просьбу мою выполнили, — это уже прогресс.

Осмотрела сковывающее меня помещение ещё раз придирчивым взглядом. Кроме лежанки, здесь из удобств больше ничего не было, а значит, это камера временного пребывания.