Арибелла. Последняя из рода Страут

Просто пряталась среди гостей, стараясь не попадаться родителям и их близким друзьям на глаза. 

Отец об этом знал. 

– Я задал сложный вопрос? – вернул меня в реальность чужой приятный голос. 

– Ничуть. Просто ваш вопрос всколыхнул воспоминания о прошлом, – ответила я честно. – Приятные воспоминания. Сейчас начнется третий танец. Вы не хотите потанцевать? 

– Только если с вами, – выставили мне необычное условие. – Признаться, смена партнеров дурно влияет на мой характер, а он у меня и так не сахар. 

– Ох, вы себе льстите, – рассмеялась я и сама протянула мужчине руку, чтобы проследить за тем, как он осторожно касается моих пальцев.

Только этот танец. Я давала себе только этот танец как символ завершения прошлой жизни. Смерть герцога станет чертой, после которой я возведу новую точку отсчета, но пока… 

Пока еще я являлась Арибеллой ар Страут, единственной наследницей рода Эредит, маркизой по рождению, графиней, унаследовавшей титул приемных родителей после их смерти… 

Леди. Пока еще я являлась леди.

Бальная зала сияла. Танцующие вокруг нас пары кружили голову. Да и сам танец кружил. Перед глазами то и дело мелькали золото и красный бархат. Все было украшено в этих цветах и тканях. Лишь изредка на столах с закусками и напитками можно было увидеть дорогие сердцу белые пионы. Еще один символ этого последнего для меня торжества. 

Музыканты играли как никогда. Слова и действия незнакомца не расходились. Сопроводив меня в самый центр залы, он слегка склонил голову, выражая тем самым почтение, в то время как я сделала положенный случаю реверанс.

На этом условности, предписанные этикетом, закончились. По правилам в этом танце предполагалась частая смена партнеров. Пары вставали в два круга: внешний и внутренний, – а затем переходили из одного в другой, однако благодаря нам рисунок танца несколько изменился. Мы занимали самый центр, став своего рода протестующими. 

Это было дерзко. Даже непростительно. На нас смотрели все кому не лень, и даже танцующие выворачивали головы. Но меня это волновало мало.

– А вы смелая, – сделали мне комплимент, ведя по несуществующему самому маленькому кругу. 

– Мне просто нечего терять, – улыбнулась я, полагая, что незнакомцу могу сказать правду. 

Нас не связывало ничего, и ничего не свяжет впредь, ведь мы навряд ли когда-нибудь увидимся снова. А даже если увидимся, то просто не узнаем друг друга. 

– Каждому есть что терять. Например, голову.