Сеятели ветра

– Я признаю, что провинился, но это не повод вымогать из меня деньги. Можешь хоть до конца поездки обижаться, если тебе угодно.

– И буду! – выкрикнула Аруха. – И… и кирин у тебя какой-то дохленький!

– Конечно, он дохленький, – хохотнул Нири. – Живенького мы бы не рискнули сюда приводить. Знаешь, как он дрался?

Аруха заинтересовалась. С Нири младшая не ругалась, потому сразу же пристала к нему с расспросами. Поглядев немного на них, Таруо направился в домик для купания, который находился за главным домом, и Рика неожиданно последовала за ним.

– Не расстраивайся из-за неё, – тихо попросила сестра, когда они немного отошли от Нири с Арухой.

Хмыкнув, Таруо сбавил шаг и повернулся к сестре.

– А разве похоже, что я расстроен? Всё равно Аруха не будет сердиться вечно, а вот Ёмори… Меня беспокоит, что мы связались с ними. Как бы наши планы не вышли нам же боком.

– Разве не ты криком кричал, что мы сильнее?

– Так ты слышала? – при мысли о том, что Рика стала невольном свидетелем его ссоры с отцом, Таруо стало неловко.

Рика плотнее закуталась в накидку, словно ей вдруг стало зябко, и Таруо почувствовал себя виноватым. В конце концов, он только вернулся с охоты и первым делом завёл разговор о Ёмори вместо того, чтобы поговорить о чём-то приятном.

Его размышления прервал тихий голос сестры:

– Что ж, нам остаётся только держать ухо востро, верно?

– Верно.

Рика кивнула, и тёмные глаза сверкнули сталью. Хоть Рика была младше, она прекрасно владела не только волчьим акурэ. Он не раз видел, как сестра бросала кинжалы и дротики, как метко стреляла из лука. Этот цветок давно уже перестал быть хрупким, но Таруо не отпускало тягучее беспокойство.

Про себя решив, что в землях Ёмори не будет спускать с сестёр глаз, Таруо продолжил свой путь. Рика немного отстала, и вскоре он услышал, как она звонко смеётся над очередным шуточным поединком Нири и Арухи.

Когда Таруо ступил на порог деревянного домика, со двора послышался радостный крик Арухи: похоже, Нири снова ей поддался.

***

Узкая дорожка из каменных блинов оказалась единственным местом, по которому можно было пройти, не запачкавшись. Ханэ мысленно отсчитывал повороты, пока вокруг стоял такой тарарам, что любой непосвящённый принял бы его за начавшуюся междоусобицу.