Ольга и Пётр

— Играйте бодро и получите больше, — задорно сказала высокая, почти двухметрового росту, круглолицая девушка с серо-голубыми глазами и длинной светло-русой кассой.

Они сначала замялись, но потом Пётр заработал сразу на всех шести струнах скрипки, а Ольга, поймав его ритм, резво заработала на барабанах. По залу начала разноситься ритмичная и очень бодрая музыка, которую наёмники тут же поддержали радостными криками и одобрительным свистом.

Сочетание электрогитары скрипки и барабанной установки не является чем-то сверхъестественным для нашего мира, в этом же мире кроме того, что не знакомы с электрогитарой, так и ещё никто даже не пробовал отойти от канонов музыки.

Естественно, ни девушка, ни парень об этом не подумали, они просто импровизировали, изливая то накопившееся за несколько дней моральное напряжение.

Под столь бодрую музыку пошла такая гульня, какую ещё не видел этот трактир. Первосортный самогон, лучшие алкогольные настойки, медовуха лились полноводной рекой, а золото с серебром летело во все стороны, однако большая часть к музыкантам на подиум.

Наёмники разошлись на полную- разбивались бочонки и кади, столы и стулья крошились в щепки. Спустя часов семь наёмники поуспокоились, да и музыканты уже тоже почти выдохлись.

— Ааааа над полем брааани вьёёёётся, вьётся ворон чёрный, — неожиданно запел один старый седобородый наёмник в тяжёлой броне и с двуручным топором. — Хей! Подыграйте-ка.

Ольга и Пётр, кое как перебарывая сонливость, начали подбирать такт.

— Ааааа над полем брааани вьёёёётся, вьётся ворон чёрный, —, хором подхватили остальные наёмники — Чёрный ворон, не кружииии ты над пооолем,

Не кружиии над полем брани ты,

Не зааберай единого любииимого

Моего любимогоого,

Ээээ эх…

Не для меня распасться дочурка,

Не дляя меня окрепнет сын,

А над полем брани вьёёёётся, вьётся ворон чёрный,

Не забирай меня и братьев до весныыыы,

Дооо весныыы…

Позже Ольга и Пётр узнают, что это была «Песнь по павшим», которую всегда пели после торжества наёмники из Велико Северного Княжества.

Первая половина поётся от лица девушки, ждущей любимого, а вторая часть поётся от лица раненного воина, лежащего на поле брани. Эта песня не была придумана… Она была рождена в недрах душ людей.

Конечно, можно сказать, что мол они сами стали наёмниками, а следовательно, были готовы умереть, однако мало кто подумает о первопричине их поступка.