Куратор для одаренных. Любовь не предлагать!

– А что я такого сказал? Чаю не предложишь замерзшему путнику? Успел продрогнуть, пока дошел… – поинтересовался Саймон как ни в чем не бывало и, не дожидаясь моего ответа, прошествовал в кухню. – Нет? Ну ладно, я парень негордый, сам могу сделать.

– Какая я тебе девушка, Саймон? Совсем сбрендил? – не выдержала я и поспешила за ним, прихватив букет.

В кухне же едва сдержалась, чтобы не съездить цветами по одной наглой роже, что чувствовала себя на моей территории как у себя дома.

И сколько раз уже говорила, что терпеть не могу, когда кто-то хозяйничает на моей кухне, все без толку! Внушений, даже сдобренных дружескими тумаками, хватало аккурат до следующего раза.

– А почему нет? Лайла с головой упорхнула в отношения, следовательно, мое сердце свободно и ждет лишь тебя… Где у тебя чай хранится? – осведомился он, тем временем, бесцеремонно открыв дверцу ближайшего шкафчика, и ойкнул, когда я его шлепнула по руке. – Ай! Чего злая такая?

– Это мое пожизненное состояние. Радуйся, что не припечатала пульсаром пониже спины.

– С тех пор, как нашел букетик, выброшенный кем-то в сугроб. Ну жалко, чего пропадать, все равно к тебе шел. Не нравится – тоже выбрось, – отмахнулся парень, набирая в чайник воду и ставя его на магическую плиту.

– Ну конечно! Лучше бы ты его Лайле подарил… Или Адрелии. Кстати, у нее ведь нет парня?

Выбрасывать цветы я все же не стала. Не знаю, как они называются, но мне понравились их широкие мясистые голубоватые лепестки с фиолетовыми прожилками.

– У Адрелии есть ее Малышка!

– И что? Разве это повод отказываться от мысли поухаживать за такой интересной девушкой? – подначила, доставая чай и еще две чашки. Я и не сомневалась, что те, из которых мы с Андреасом пили кофе, нэко перед уходом успел очистить бытовой магией. Но возвращаться за ними в гостиную, оставляя Саймона тут хозяйничать, не очень-то хотелось.

– Ты вообще видела ее Малышку?! По сравнению с ней, Адрелия со своими кинжалами безобидная милаха, а еще я подозреваю, что эта тварь у нее ярая мужененавистница! – выпалил Саймон, отбирая у меня чашки и засыпая туда чай.

– Или Саймононенавистница? Дрейка и Джоша она не трогает, насколько слышала.

– Ой, ну тебя! Лучше цветы в вазу поставь, если передумала выбрасывать.

Вазы у меня не было, впрочем, ей и взяться неоткуда.