Невеста Князя Льда, или Отбор по расписанию

Белор Лорн выбрал Некуци – одно из пяти княжеств, в которых проживали простые люди и человеческие маги. Правил им Саифон Тарк – третий князь в своем роду и довольно-таки мерзкий старик, с которым каким-то чудом драконам удалось договориться, чтобы я проходила как их претендентка на руку и хвост чешуйчатого.

Лично мне было все равно. При необходимости я бы и от светлых эльфов пошла. Другое дело, что доказывать свою причастность к эльфам для меня было бы проблематично. Моя внешность рядом с эльфийской и рядом не стояла.

– А этот нож используется только для масла. Таиза, вы меня слышите?

– Ваша Милость, я не глухая, – отозвалась я. – Этот нож для масла, этот для мяса, этот для рыбы, а последний для салата. Я все запомнила.

– И ложки? – прищурился надоедливый дракон.

– И даже вилки, господин Бакт. Я могу быть свободна?

– Только не сейчас! – влетел в столовую водный дракон.

За ворохом платьев разглядеть его не представлялось возможным. Вслед за ним в столовую вошли слуги. В их руках находились коробки.

– Вам необходимо все это примерить до предварительного отбора. И... Да где же он? – Скинув платья на малый диван, мужчина похлопал себя по карманам серого костюма. Его тонкие темные усы, закругленные к концам, нервно дергались. – Ах, вот он!

Достав из внутреннего кармана портрет, господин Лорн протянул его мне. Этот портрет он уже демонстрировал Мастеру, когда эти двое приходили в гильдию, но рассмотреть изображение в тот раз мне не дали.

Черные волосы с серебром, пронзительные серебряные глаза. На вид я могла бы дать ему не больше двадцати пяти, но портреты, как известно, часто льстят тем, кто на них изображен. Возможно, у Князя Льда совсем не такие широкие плечи и вовсе не такой холодный взгляд. Упрямо сжатые губы, заостренный подбородок, прямой хищный нос.

– Его я должна у...

– Очаровать! – поспешно и громко исправил меня господин Бакт, округлив глаза так, словно вот-вот собирался в уборную.

Да-да, прислуга в этом доме хоть и умела держать язык за зубами, но не должна была знать больше необходимого. Нас и так было трое – тех, кто ввязался в эту игру, а тайны любят тишину. Большие тайны – мертвую тишину.