Невеста Князя Льда, или Отбор по расписанию

Словно ужас на крыльях ночи, мы доводили нечестных работников до нервоза, задавая самые неудобные для них вопросы, тратя десятки минут на чтение договора, цепляясь за каждое дополнение, возникшее в документах не по воле клиента, а из молчаливой прихоти менеджера.

Я любила свою работу. Мне нравилось делать свой мир хоть чуточку лучше, искореняя отсутствие совести. И до чего я докатилась? Теперь совести не было у меня. Потому что попаданке с совестью в этом мире просто не выжить.

– У нас мало времени. Невест много, вы не одна, – злился министр военных дел, поторапливая меня уже в который раз.

– Я дочитала, – отложила я листы, берясь за зачарованное перо, которое вместо чернил использовало кровь того, кто писал, но подписывать не торопилась. Отростки от пера прочно впились в подушечки моих пальцев, причиняя не боль, но дискомфорт. – Итак, в какой момент вы хотели сообщить мне, что итогом отбора может стать моя бесславная смерть?

– Вы невнимательно прочитали.

– Я очень внимательно прочитала. – Писчее перо задержалось над листом бумаги, нервируя господина Декта еще больше.

Когда первая размашистая роспись появилась на листке, он громко выдохнул и даже прикрыл глаза. Создавалось стойкое ощущение, что, подписывая этот договор, я продаю свою грешную душу, и, наверное, именно так и было. Потому что они снимали с себя любую ответственность за происходящее на отборе невест и, что самое главное, были готовы выплатить денежное возмещение родственникам погибшей в случае этой самой гибели.

Только у меня родственников не было. И желания помирать так рано тоже не было, а значит, вместо меня умрет кто-то другой. За свою жизнь, как и за свою свободу, я готова бороться до конца.

Прямо не отбор невест, а игра на выживание какая-то!

– Теперь вы ответите на мой вопрос? – Отложив подписанные листы, что в тот же миг сверкнули голубым сиянием, я едва ли успела расстаться с писчим пером.

Бумаги пропали в столе мужчины так быстро, что я и глазом моргнуть не успела.

– Юная леди, вам не о чем переживать. Это чистая формальность, – заголосил он старые песни о главном, а я против воли подняла глаза к потолку.

Интересно, а кто-нибудь еще из барышень этот договор-приговор читал?

Из караульни меня попросту выперли. Уже без должного почтения, без миленькой улыбочки, но с явным облегчением.