Моё море

Да что случилось-то?

— Я домой собирался, когда услышал шум, — словно читая мои мысли, поспешил объясниться сиэрнар, — а там в подсобке замдиректора с одним парнем… Они меня заметили из-за зазвонившего телефона, и он сказал, что если кому скажу, займу место Павла… Я лучше умру!

Когда до меня дошло, о чём вещает иномирец, я сложилась пополам от хохота. Я всё понимаю, сцена оказалась серьёзным потрясением для парня, но чёрт, оно само. Честно! Когда приступ веселья прошёл, я всё же попыталась успокоить несчастного.

— Айрон, никто не сможет тебя заставить занимать место этого Павла, — похихикивая пояснила я. — Если этот мужик захочет такого, ты имеешь право отказаться, а если не поймёт — просто уволишься, и всё. Да и не думаю, что ему ты особо нужен. Иначе бы он сразу дал понять.

Мои слова немного успокоили нервного парня, и он отправился на привычные водные процедуры. Я же, вспоминая сбивчивый монолог, продолжала посмеиваться, чувствуя себя при этом той ещё сучкой.

Айрон пережил страшный стресс. Как пояснил мне после моего монолога парень, у них в водном царстве за подобное можно на изгнание нарваться. Да и вообще, это против самой природы сиэрнаров. А тут такое, да я ещё хохочу.

Было желание позвонить Юльке и спросить, что за дурдом у них там творится, но отбросила эту мысль. Всё же иномирец ясно дал понять, что просит не рассказывать никому об этом. Подруге я, конечно, доверяла, но всё же вдруг, узнав одну из грязных тайн офиса, она выдаст себя взглядами, например? Или, не выдержав, поделится с кем-то? Мало ли.

Так что придётся молчать. Оправдывать оказанное доверие.

Решила заморочиться с готовкой, пока Айрон отмокает, чтобы поддержать морально пострадавшего. Пока кашеварила, поймала себя на мысли, что мы чуть ли не как типичная семейная пара живём. Муж работает, жена ждёт его и занимается домом. Только дитёнка не хватало для завершения картины в моих мыслях. Осознав, куда понесло мою фантазию, аж головой помотала.

Какой только бред не почудится от тотального безделья…

Глава 13

МАРИЯ

До аукциона оставалось два дня, и я нервничала. Георгий Станиславович пытался меня успокоить, утверждая, что к лоту проявило интерес немало именитых, а главное, богатых коллекционеров. Но моей психике это было не объяснить.

Да ещё и Айрон, присутствие которого раньше ужасно злило, явно увлёкся новой жизнью.