Моё море

Что это за «об этом»?

Братец, я тебя люблю, но сейчас, попадись на глаза, придушил бы! Ну и чего мне ей отвечать? Снова изворачиваться, пытаться врать? Так Машка, когда не надо, на диво проницательна. А рассказывать о том, как посмеялась надо мной судьба, тоже не было желания. Не хочу, чтобы землянка чувствовала себя виноватой.

— Правду, Айрон, скажи мне правду, — настойчиво попросила сухопутная. — Не пытайся лгать. Я же всё равно всё узнаю.

— Отец решил, что я пожелаю тебя оставить своей любовницей, потому что ты моя Отани, — сознался я.

Смысл юлить? Она права, узнает ведь. Слухи — мощная штука. Плюс имеют свойство ужасно искажать действительность. Лучше уж Маша обо всём узнает от меня, чем услышит извращённую версию от прислуги.

— Отани? — вскинула землянка брови. — Ты же говорил, что это «мэм» на ваш манер.

— Я солгал, и, думаю, ты сама об этом догадываешься, — выдавил я.

— Так, — улыбнулась Маша, — а на самом деле что это?

— Избранница, — прошептал, прикрыв глаза.

— Чего?! — повысила она голос. — Какая, к чёрту, избранница?

— Это случается не часто, но иногда сиэрнары встречают своих избранников. Тех, к кому тянется тело, сердце и душа. Я не знаю, как это объяснить тебе, простому человеку. Это уникальный набор чувств, и только лично ощутив, понимаешь, что это. Больше чем любовь. Любовь проходит, это — нет. Можно связать жизнь с кем-то другим, но счастья это не принесёт.

Говорил тихо, максимально откровенно. Скорее всего, скоро она навсегда уйдёт из моей жизни. Так пусть хоть последние дни не будут окрашены гнилостным оттенком лжи.

— Господи, — потерянно произнесла шепнула Мария. — Как так? То есть, ты, наверное, что-то путаешь. Сам же говорил, что связь с сухопутными тебе отвратительна.

— Если бы, — вздохнул я. — Я не хотел этого понимать и принимать. Внушал себе, что это всё лишь временное помутнение рассудка.

Девушка отчаянно кусала губы и отводила глаза. Потрясение было на лицо. Может, всё же я зря рассказал всё это?

— Ты же понимаешь, что я не могу? — сказала в итоге Мария, посмотрев мне прямо в глаза. — Я не стану твоей любовницей, Айрон!

— Да я и не прошу, — ответил я.