Избранница Мастера рун

Я возмущённо всплеснула руками и приказала себе ещё немного подождать, а заодно использовать предоставленное время, чтобы вспомнить всё, что знала о Мастере рун.

В эльфийских легендах говорилось, что он — древний старец, живущий в пустыне и ведущий аскетический образ жизни. Среди простых людей твердили, будто Мастер рун — это молодой горячий красавчик, владеющий огромным страшным замком, построенным на вершине утёса. Когда у Мастера есть настроение, он превращается в ворона и прилетает в наш мир, чтобы выбрать, кого наградить, а кого наказать.

Ещё мне по секрету рассказывали о гареме Мастера.

«У него сотня жён! — заверяла прорицательница из моего королевства, восторженно сияя глазами и поигрывая бровями. — И ни одна не остаётся без ублажения! Он… очень силён!».

У дроу поговаривали, будто Мастер рун — это властная женщина, которая не выносит чужого общества, но собрала вокруг множество слуг, отняв у них языки и запретив смотреть на себя. Она наказывает непокорных за любые провинности и надевает на себя столько золота, что с трудом передвигается!

Да, мой мир полнился слухами, и сходным в них было лишь одно: сделка.

За свою услугу Мастер рун отнимал что-то у просящего. Порой безделицу, но чаще — нечто невероятно дорогое сердцу. А приходили к Нему лишь искатели богатств или те, кто отчаялся. Такие, как я.

Его боялись и боготворили. И далеко не каждому посчастливилось найти Ключ от этого мира. А мне улыбнулась удача. По крайней мере, я убеждала себя, что это была именно она. Ещё при передаче Ключа отцу объяснили, что за оказанную помощь я могу лишиться, например, голоса или необычного цвета глаз, а может быть, и нескольких лет жизни.

Никто не мог угадать точно, чего потребует Мастер, но все уверяли, что это будет важная часть меня.

Пусть… Избавление от проклятья и возвращение домой — вот что действительно важно!

Думая об этом, я немного постояла в гордом одиночестве. Устав ждать, бросила настороженный взгляд на окна, за которыми виднелся шикарный фруктовый сад, и вдруг краем глаза заметила в слабом отражении нечто новое.

Оглянулась и замерла: на пустующем недавно месте теперь обнаружилось иссиня-чёрное вычурное кресло с мягкой бархатной обивкой.

Оно стояло на четырёх длинных, глядящих в стороны золотых ножках, имело высокую закруглённую спинку и средней величины резные подлокотники.

Глядя на кресло, я попыталась представить его хозяина. Здесь должен сидеть некто напыщенный, значительный, упивающийся своей важностью.