Белая ведьма Азеила

Кларий объявил, что следующую ночь они проведут уже в городе, потому что ему надоело тесниться в самоходке. Вейлана только поддержала эту идею, потому что и сама немного устала с непривычки. Хотя в последние годы ей доводилось много разъезжать, но при этом она всегда останавливалась в гостевых домах, обеспечивающих королеве максимальное удобство. И теперь, лишившись этого, столь привычного, комфорта, Вейлана чувствовала себя почему-то особенно несчастной. Непролитые слезы все еще жгли глаза, и держалась девушка исключительно на силе воли.

Утро для Вейланы началось с предчувствия чего-то хорошего, чего с ней давно уже не случалось. Она тепло поприветствовала мрачного Клария, с удовольствием помогла Пэну с завтраком, хотя не любила готовить, пригласила темного рыцаря к общему столу, а когда он в очередной раз отказался, без малейшего раздражения отнесла ему его порцию. И даже не обратила внимания на его странный смурной взгляд.

Пэн добросовестно вымыл посуду – в этом деле он не позволял королеве ему помогать – наскоро проинспектировал припасы и, удовлетворенный, дал отмашку продолжать путь. Но в машину загрузиться они не успели.

Услышав треск кустов, Вейлана испугалась. Гончие не могли объявиться так быстро, но мало ли какие еще заклинания использует для поимки беглянки черный колдун. А потому испытала невероятное облегчение, когда из кустов на их полянку вывалился мальчишка.

Вейлана немедленно прониклась к ребенку сочувствием, так затравленно смотрел он на них, замерев на месте.

- Чего встал? – грубо осведомился Кларий. - Иди, куда шел.

Мальчик посмотрел назад, симпатичное личико его исказила болезненная гримаса:

- Простите меня, - пробормотал он и бросился, было, бежать.

Но Вейлана не могла просто так отпустить ребенка, который очевидно попал в беду.

- Постой. Что-то случилось?

- Я… Мне правда лучше уйти, - пролепетал мальчик, пытаясь пройти мимо нее.

Но не успел.

На этот раз шум вышел знатный – сквозь кусты к ним ломился не один человек. И, увидев их, Вейлана сразу поняла, от кого убегал ребенок.

Шестеро рослых крепких мужчин в незнакомой форме. То ли армия, то ли стражи порядка – никаких нашивок на мундирах полувоенного образца.