Белая ведьма Азеила

Невинной юной деве, воплощению доброты и милосердия – каково ей видеть подле себя чудовище, на чьей совести столько смертей, пыток, сломанных жизней? Гвидо заставил его задаться этим вопросом, и ответ Кларию совсем не понравился.

Но ведь она назвала его своим другом.

- Я ей нужен. Смирись, - процедил он.

Гвидо хохотнул:

- Ты ей даром не сдался. Ей нужен исключительно твой меч и твое же умение с ним обращаться. И то лишь до тех пор, пока черный колдун представляет для нее опасность. Как только она избавится от него – ты станешь бесполезен.

- Это не тебе решать.

- Неужели? Она станет моей женой. Вейлана сделает меня королем, и тогда все буду решать я.

Женой. Кларий знал об этом, но услышать такое от кого-то другого – от счастливого соперника – было невыносимо. Гнев заставил его метнуться к Гвидо с занесенной для удара рукой.

Реакция у рыцаря оказалась отменная. Гвидо отпрыгнул в сторону, уходя от удара, и бросил торопливое:

- Вейлана не скажет тебе спасибо, если ты меня тронешь!

Кларий не нашел, что возразить, и это слегка его отрезвило.

Вейлана не обрадуется, если обнаружит, что он избил ее последнюю надежду. А учитывая, что вовремя остановиться он просто не сумеет, Кларий легко представил себе всю ту смесь горя и отчаяния, какую испытает белая ведьма над телом своего рыцаря – и опустил руку.

- Не провоцируй меня, - посоветовал сквозь сжатые зубы.

- Она для тебя – нечто большее, чем просто друг, не так ли? – самодовольно усмехнулся Гвидо.

- Ты хочешь ее, самую недоступную девушку в мире. Могу представить, как ты злишься на меня, ведь моей она будет, а твоей – никогда!

- Убирайся, иначе я за себя не отвечаю.

- Да что ты сделаешь? Ты не посмеешь причинить мне вред. Я нужен Вейлане, а значит – неприкосновенен.

- Только потому, что тебе повезло родиться в правильной семье, - Кларий едва сдерживал злость.

Но все же сдерживал, потому что не хотел навредить Вейлане.

Гвидо рассмеялся:

- И каково же это – чувствовать себя неудачником из-за собственного происхождения, а?

С ненавистью и отвращением темный рыцарь смотрел на это самодовольное лицо. Не так давно он и сам выглядел столь же самодовольным и самоуверенным, хотя в его случае подобное подкреплялось хотя бы той силой, какой обладал Кларий. Гвидо же не представлял собой ничего, он прикрывался хрупкой девушкой, и от этого становилось противно.