Первый всадник

В голову вновь ворвались звуки и голоса, витрины снова светились, а фигура по ту сторону стекла у прилавка вернула меня к жизни. Там стоял Костя. Он бережно принимал в руки пару розовых тапок-зайцев. Они все были в заплатках, с новыми пришитыми ушами и бусинками-глазками, но это были мои любимые тапочки.

— Не выкинул, — выдохнула, ощущая ком в горле и влажные дорожки на щеках.

Костя расплатился, сунул зайцев в пакет и развернулся к выходу.

Нужно было уйти. Просто развернуться и убежать. Но я не смогла. Он поднял взгляд, и наши глаза встретились.

Мир рухнул и возродился в один момент.

Глава 22

Глава 22. Перепутье

Я не двигалась. Стояла напротив прозрачной двери и смотрела прямо в бирюзовые глаза Кости. Тетраморф тоже застыл. Он не дошел до выхода. Оставалась какая-то пара шагов, но мужчина никак не мог их сделать. Он смотрел на меня в ответ, сжимая ручки пакета в кулаке и замерев на месте. Дверь открылась, вышел очередной клиент ремонтной лавки. На несколько секунд мы увидели друг друга без преград, но ненавистное стекло вернулось на место.

Еще целую минуту мы стояли неподвижно, пока Костя не сделал маленький шажок навстречу, вновь замирая. Я же не могла пошевелиться. Тогда брюнет сделал еще один шаг, подбираясь вплотную к двери. Я не реагировала. Ангел взялся ладонью за ручку, неотрывно смотря в мои глаза. Зрительный контакт обрывать было нельзя. Он будто подкрадывался к бабочке, что сидит на цветке. Никаких резких движений и осторожное, незаметное приближение.

Только так насекомое можно посадить на свой палец, не спугнув.

Я ощущала себя завороженной косулей под светом фар, когда на тебя несется смерть, но ты не можешь отойти, парализованный и ослепленный дивным зрелищем. Все мое внимание было целиком отдано этому мужчине, а его мне.

Дверь приоткрылась с характерным щелчком и медленно начала отходить в сторону. Костя вышел, придерживая стеклянную преграду, что еще недавно разделяла нас, и осторожно отпустил, когда та закрылась. Мы оказались лицом к лицу, всего в полуметре друг от друга.

Так близко и в то же время так далеко. Я не могла понять, чего было больше в его взгляде: сожаления, страха, настороженности или восхищения. Последнее было открытием, ведь я ловила этот взгляд на себе довольно часто, только не могла распознать его природы. Я просто была слепа. Тогда у меня не было возможности понять чувства Кости. Ведь чтобы видеть, необходимо испытывать. Сейчас все кусочки пазла сошлись.