Если верить лисам I

— В прошлый раз… по некоторым причинам нам не удалось этого сделать.

Дракон едва заметно повернул голову, бросив косой взгляд на «некоторую причину», умирающую от скуки рядом с Эллой.

У меня не нашлось веских причин отказать, барон Джинти был и вовсе в восторге от возможности завести разговор с целым графом.

Я барону была малоинтересна. Не благородная, не полезная… почти никакая. Единственное мое достоинство — сопровождавший меня лис. Но стоило драконам обратить на меня внимание, как я мгновенно обрела некоторую ценность в глазах Джинти.

Девушку звали Ита, что даже не удивляло. Старинные драконьи имена, что Ита, что Ияр, были довольно популярны.

Графиня пригласила всех в столовую раньше, чем у Джинти успел завязаться долгий разговор с Киллианом. Барона это, несомненно, печалило, меня — радовало.

Слишком тревожными были взгляды драконов, чтобы я желала общения с ними.

Меня усадили дальше всех от графини, что было ничуть не удивительно: за столом, как и во всех сферах жизни аристократов, царила жесткая иерархия.

На самом почетном месте — рядом с хозяйкой вечера — находились самые важные гости. И не было ничего странного в том, что Йормэ, единственный наследник герцога Рэйтана, сидел по правую руку от графини, в то время как я оказалась на другом конце стола. Но что рядом с ним делала Элла, получившая титул совсем недавно, я так и не смогла понять. Неслыханно, чтобы дочь нового аристократа оказалась на одном уровне с Итой — старшей дочерью графа Киллиана. Однако же Элла сидела рядом с Йормэ и светилась от счастья. *

Удивило это не только меня. Гости за столом непонимающе переглядывались.

— У вас талант заводить полезные связи, — сделал мне комплимент барон.

— Исключительно удача, — не согласилась я.

— Не преуменьшайте свои заслуги. Справиться с непростым характером герцога удастся не каждому. Ходят слухи, что он жесток с женщинами.

Подали первое блюдо, и у меня появилось время немного успокоиться и не сказать что-нибудь резкое. Я не могла позволить себе злиться на этого любителя сплетен.

— Всего лишь слухи. Я работаю с ним и…

— О, вы стражница? — восторженно перебила меня девушка напротив. Виконтесса или баронесса не из самой влиятельной семьи, раз уж ее посадили напротив меня.

— Да.

— Значит, — она понизила голос, — вы расследуете дело о том убийце?

— Над ним работают другие люди, — ответила я, не веря своему счастью. О Мяснике вспомнили вместо меня. — Но это и к лучшему. Не думаю, что я справилась бы.

— И то верно.