Если верить лисам I

— С-с-смерти ищешь? — прошипела Элла. Одной рукой она вцепилась в мои пальцы, второй все еще держалась за Иветт. — Ее нужно наказать!

— За что?

— Она не имеет права присваивать Йормэ себе лишь потому, что училась с ним вместе.

— Что? — Хватка моя ослабла, но недостаточно, чтобы Элла смогла вырваться.

— Все знают, что в управление пришла его давняя подруга, из-за которой он нарушил собственное правило не брать стажеров. Но это не значит, что она имеет право демонстрировать свою над ним власть на глазах у всех!

Мне одновременно хотелось смеяться и свернуть Элле шею.

— Сейчас я тебе кое-что скажу, а ты будешь слушать очень внимательно, поняла? — Я потянула волосы сильнее, вынудив Эллу запрокинуть голову. — Это я училась с Йормэ в академии. Иветт к этому никакого отношения не имеет. А тебе лучше перестать заниматься глупостями, и найди себе какое-нибудь хобби… не знаю, вязание, к примеру. Говорят, оно нервы успокаивает. Всяко полезно будет.

Она упрямо молчала, но мне не нужен был ее ответ, он меня нисколько не интересовал.

Огонек на кончике указательного пальца зажегся с тихим хлопком — необязательным, но очень хорошо привлекающим внимание.

— А теперь отпусти ее, иначе я сделаю тебе новую прическу… Любишь запах жженых волос?

Иветт получила свободу мгновенно. Через секунду потух и мой огонек.

Но Эллу я отпустила не сразу. Нащупав холодную узкую ладонь, потянула Иветт к себе и только после этого выпустила из кулака рыжие волосы.

Рука Иветт дрожала в моей ладони, но я только крепче сжала пальцы.

— И на будущее: то, что вы здесь изобразили, — совсем не дружеский разговор. Если уж хотите кого-то запугать, называйте все своими именами, будьте честны с собой и окружающими. — Я старалась, очень старалась, чтобы звучало строго, но последние слова все равно сочились ядом. — Вы же все-таки стражи закона.

Туалет мы покидали в гнетущей тишине.

— Вейя, это все неправда. — Иветт семенила за мной и не смела поднять глаза.

— Мне-то ты зачем это объясняешь? — Мы остановились в полутемном коридоре. В том самом странном месте, куда свет с лестничной площадки уже не доходил, а солнечные лучи из окна в конце коридора еще не дотягивались. — Я тебя ни в чем не обвиняю. Ты не виновата. Виноваты они, потому что оказались такими глупыми и жестокими.