Если верить лисам I

— Что?

— Соглашаясь на должность куратора, ты был обязан ознакомиться со всеми бумагами, что я тебе дал. — Это был звездный час Роникера. Он с явным удовольствием добавил: — В справке было указано, что куратору необходимо взять под свою ответственность двух стажеров. Одного ты выбрал, второго пришлось выбрать мне. Рекрут Зорич!

К нам подошла Иветт Зорич. Невысокая, болезненно худая и бледная девушка. Из всех двадцати рекрутов она была самой тихой и неприметной, пока дело не доходило до практических заданий. В поиске пропавших ей не было равных.

Йормэ не впечатлился ее внешним видом, а почувствовав в ней рысий дух, еще и сморщился недовольно.

— Никудышные остатки, значит, — проворчал лис и хекнул, когда я, наплевав на субординацию, наступила ему на ногу: обидно стало за девушку, сжавшуюся от его пренебрежительного тона. — Подруга твоя, что ли?

— У… у него хвост, — послышался срывающийся шепот из-за спин рекрутов.

Лис хмыкнул. Подобные врожденные особенности у оборотней, как хвост, или звериные уши, или когти вместо ногтей, было принято считать проклятой меткой. Таких оборотней прозвали ярыми и откровенно их боялись.

Любой на месте Йормэ давно избавился бы от своей особенности, чтобы не быть жертвой предрассудков, но только не он.

— Таков уж мир, — произнес лис, и я могла представить, как он довольно скалится за моей спиной. — Одним даруют ненужное, у других отнимают важное.

— Хватит, — одернул лиса Роникер. — Забирай своих стажеров. Надеюсь, ты не поленишься полноценно их проинструктировать. Теперь они твоя ответственность.

Сопровождающий велел остальным новичкам следовать за ним. Юна на прощание махнула мне рукой, хотя смотрела она в основном на Йормэ, и интерес в ее взгляде заставлял меня тревожиться. Однажды из-за такого взгляда я потеряла слишком много.

Хотя сейчас, кажется, у меня появилась возможность все исправить.

Когда из всех прибывших в полупустом холле остались лишь мы с Иветт, лис предложил подняться на второй этаж, в отдел, где нам предстояло работать.

— Когда ты стал таким легкомысленным? — спросила я, имея в виду его недавнее поведение.

— О чем ты, пирожочек? — Он беззаботно мне улыбнулся. — Я просто счастлив тебя видеть. А ты нет?

— Лисий ты сын, — вздохнула я.