В плену чужих оков

— Ты намерена отрицать причастность к тем убийствам? Или хочешь сказать, ты убила их только по собственному желанию?

Меня едва не хватил удар.

Я в теле убийцы?!

— Я ничего не собираюсь делать. Вы всё равно убьёте меня.

— Убить же можно по-разному, глупышка, — вздохнул брюнет, улыбаясь по-прежнему также тепло, но пугающе. — И, если ты не перестанешь держаться за Анжелу, я покажу тебе всю разницу.

Его угроза привела в настоящий ужас. Но девушка, кажется, имела куда большую силу волю и, наверное, была совсем бесстрашной.

— Твоя Анжелочка оценит.

— А ты нет? — приподнял он бровь, будто и в самом деле это имело хоть какое-то значение.

Ох нет, остыньте, ребята. Поговорите тихо-мирно, можно ведь всё решить без насилия.

Краем глаза заметила внимательно наблюдающего за нами высокого, сурового шатена. Он стоял, сложив на груди руки и даже не пытаясь больше влезать в терзания заимствованного тела. Казалось, он предоставил ласковому брюнету самому разбираться с его девушкой.

Или той, кто был его девушкой?

— Но ей-то больнее будет, умирать от рук любимого...

Привлекательные губы брюнета разошлись в широкой, ужасающей улыбке.

— Значит, по-хорошему не хочешь.

Он неспешно поднялся, не отрывая взгляда и обходя. В груди, в такт страхам, остервенело заколотилось сердце. Тело застыло напряженной струной.

— Тогда попробуем так, — снизил он тон голоса, аккуратно убирая с плеч светлые пряди волос. — Чувствуй... — Он наклонился и неторопливо, вгоняя в ещё большую панику, коснулся шеи.

Невольно я дёрнулась. Кожа под его губами вспыхнула, принося резкую, пронизывающую боль. Мне захотелось выпрыгнуть из стула, схватится за горящую рану, но его руки опустились на плечи, и тело парализовала судорога. Дыхание сбилось, и я едва ли могла вдохнуть, пронзаемая нестерпимо ноющей болью.

— Тебе нравится, любовь моя? — шепнул он на ухо, касаясь и его.

Внутри всё сжалось. Дыхание перехватило, а волоски на теле выгнулись от охватившего ужаса.

— Знаю, ты чувствуешь. Сопротивляйся ей.

— Она... слабачка, — сумела прохрипеть оболочка, и я возмущение всколыхнулось в панике.

Ты что несёшь, больная?! Закрой рот и не дразни его!

— А ты очень сильная?

Он легко заскользил пальцем от уха к ключице, и воровка тела задрожала сильней. Я почувствовала, как от виска покатились капли пота.

— По чьей воле ты убила их? — спросил шатен, пока губы любовника тела оставляли горящие следы на коже.