Цветок в мужской академии магии

– Дикие маги, – сосредоточенно посмотрел на троих, медленно выползающих из тени.

Их обнаружили, поэтому они стряхивали пыль, представая во всей красе. Красе, от которой не захватывало дух, а тряслись поджилки. По крайней мере, у меня!

Я слышала от отца про таких. Маги, не согласные на перемирие, были поглощены собственной силой и стали походить больше на тварей бездны, чем на магов. Мать-природа показала к ним свою строгость, как к магам суши до перемирия, когда дождь стал редкостью для земли.

И вот нас окружали сейчас аж трое таких поглощенных магов.

Один полыхал синими языками пламени, второй – в виде огромного быка с горящими глазами бил копытом, а третий, графитовый грифон, расправлял крылья и нагонял песок в глаза. Маг огня, маг земли, маг воздуха.

Замечательная компания, но…

– Почему мы сюда попали?

Почему Арчи Рейв ни капли не удивлен? Снимает пиджак, закатывает рукава, разминает шею. В общем, готовится к бою, и, похоже, по-дикарски рукопашному.

– Это моя работа, – пояснил он, переводя сосредоточенный взгляд с одного противника на другого.

– Работа? А академия?

Ему что, спокойно не живется? Надо оправдывать репутацию непробиваемого и непотопляемого?

– Преподаю я для души, – бросил на меня быстрый взгляд Арчи и задвинул за спину. – Не высовывайся.

– Если преподаешь для души, то это для чего?

– Для тела, Сворски. Для тела, – Рейв начинал раздражаться от моей болтовни. – А ты что, как девочка, – чем больше нервничаешь, тем больше болтаешь?

– Когда совсем дело плохо, я обычно замолкаю, – тихо сказала из-за плеча магистра, понимая по смыкающемуся кругу, что скоро настанет именно такой момент.

– Не лезь, если хочешь жить.

Предельно понятно! Непонятно только,  куда он голыми руками на троих попер. Не хочет подмогу вызвать? 

Вот горячо любимого Рамзи, например? И оставить его тут разбираться. Ну не красота же!

– Не высовывайся! – Арчи Рейв резко развернулся и дал ногой по пасти быку.

И понесло-о-ось!

Одичавшие накидывались сворой, как стая голодных псов, а Арчи вбивал кулаки в горящие тела, мял крепкие бока и вырывал крылья.

При этом еще успевал меня то пригибать от выпада клюва, то заслонять от языка пламени, то отодвигать от острых рогов.

Кажется, дрался Рейв с превеликим удовольствием. Под краем маски губы изогнулись в предвкушающей улыбке. Сам он словно стал еще больше, шире. Я даже засмотрелась на безупречно отточенные движения совсем немаленького тела.