Единственная для невольника

— Для первого раза сгодится? — улыбнулась Ветру.

Тот одобрительно хмыкнул и в скольжении поднял меч, а затем попытался напасть на медведя сбоку. Зверь оказался резвее, с ревом развернулся на мужчину, чуть не угодил лапой ему по груди. Когти мазнули в сантиметре от тела.

Почему-то я зажмурилась, хотя прекрасно знала — никакого вреда аморфы не причинят.

Ветер перекатился, вильнул вправо, заставив медведя двинуться за ним. Это был обманный ход, потому что мужчина резко отпрыгнул влево. Зверь тряхнул мордой, слюна полетела во все стороны.

Секунда, и острие вонзилось в медвежью плоть. Я щелкнула пальцами, уничтожая аморфа.

— Молодец! — одобрительно похлопала в ладоши.

Ветер чуть заметно улыбнулся. Он выглядел разгоряченным, но довольным собой. Кажется, ему по-настоящему нравилось тренироваться.

Я встала бок о бок к своему будущему — если всё получится! — хранителю и наколдовала десяток разномастных тварей. Крупных и мелких. Юрких лисиц и неповоротливых медведей, разъяренных волков.

— Ну что, давай на скорость? Только не поддавайся!

Он обернулся и посмотрел на меня… необычно. Неправильно посмотрел. Раб не должен так разглядывать госпожу. Я даже не могу объяснить, что именно в его взгляде противоречило всем правилам, но он кипятил кровь.

Это была гремучая смесь уважения, восхищения и… чего-то ещё, мне недоступного.

Мы сражались наравне. Удар за ударом. Переход, подкат, энергетический хлыст. Работали на опережение и защищали друг друга совсем как в настоящем бою.

Нам не нужно было говорить что-то, чтобы понимать.

Здесь и сейчас мы создавали настоящее волшебство битвы, и я сожалела, что мадам Потт не видит истинную сущность постельного раба, которому она предрекла скорую гибель.

Он — боец. У него всё получится.

— Десять-десять, — ухмыльнулся Ветер, хрустнув костяшками пальцев, когда все твари испарились.

Даже не назвал меня хозяйкой или госпожой! Прогресс! Надо бы почаще показывать ему, что я нормальная.

— Может быть, как-нибудь повторим? — предложила, когда мы шли на вечернюю трапезу; я в столовую для студентов, а Ветер — в рабскую.

— Если вас не затруднит, — осторожно согласился мужчина, но я услышала в его голосе радость.

Бесы, как же просто подарить ему счастье. Страшно осознавать, что у человека нет других удовольствий, кроме битв с воображаемыми зверьми.