Единственная для невольника

На нем и так одни штаны, зачем раздеваться, если я собираюсь залечить ему спину? Дьявол, да о чем он думает?! За кого меня принимает?..

— Нет, — ответила чуть грубее, чем требовалось. — Просто ляг на живот и помалкивай.

Ветер беспрекословно исполнение требование. Он чуть вздрогнул, когда мои ладони коснулись его обнаженной спины, и сильнее свел лопатки. Свежие раны сочились сукровицей. Кожа набухла, рваные края посинели. Да как он весь день тренировался в таком виде?

Помню, что нельзя касаться его, но магия исцеления иначе не работает.

Я направила в ладони энергетические потоки и, когда они осели на кончиках пальцев, выплела руны исцеления. Кожа начала затягиваться. Ничего себе, обычно мне хуже даются целительские чары. Но он будто создан для того, чтобы стать моим хранителем.

Даже усилий прилагать не пришлось.

— К утру всё пройдет.

Ветер весь замер в непонимании. Напрягся всем телом, не двинувшись с места. Неужели до сих пор ждал подставы?

— Прости, что накричала. Это нервное. Обещай, что протянешь на тренировках до финала, — не приказала, но попросила его.

— Извините меня, хозяйка.

— За что?

— Вас пристыдили из-за моей слабости, — сказал как выплюнул, будто сам себя костерил.

— Ерунда. — Махнула рукой. — Да, мне неприятно слушать насмешки. Но ты в этом не виноват. Тебя не обучали быть хранителем. Главное — обещай, что не сдашься раньше времени. Помни: я сознательно ставлю на тебя. А теперь вставай и иди ужинать.

Почему-то мне было стыдно смотреть в глаза собственному рабу, и я отвернулась к окну, вцепилась пальцами в подоконник.

— Спасибо, хозяйка. Клянусь, что не подведу вас, — пообещал Ветер и скользнул к двери.

Я даже не услышала, как она закрылась за ним — такими тихими были движения.

Стоило помыться и высушить голову энергией воздуха (маленькая шалость), как в дверь снова постучались. Хм, кто это на ночь глядя?

— Можно? — в щелку заглянул Динн.

— Не переживай, всё нормально. — С улыбкой обвела себя руками. — Что боевому магу какой-то огонь? Даже брови не подпалило.

— Тоже верно, — он нерешительно сел за письменный стол. — Алис, ты думала об инициации?

— Немного, — покривила душой.

Думала, конечно. Как не думать о том, что гложет долгими вечерами и снится в кошмарах?

— Что, если наши рабы не выдержат её? Они же погибнут, да?

— Ну да… — с опаской.