Обреченная любить

Плечистым его было не назвать, но и субтильным он не был. Нормальная мужская фигура. Взгляд и правда пронизывающий, но не в эротическом смысле. У Кристы от него сковывало льдом внутренности. Так, наверное, заяц себя чувствует, когда на него смотрит лиса.

Глаза, устав от бесконечной рыжины, отдыхали на его темных волосах. Лицо несло аристократический отпечаток. Возможно, Сет, как и Криста с Блэйном, из благородной семьи. Но у магов это ничего не значит. Переступая порог общины, они отказываются от званий и привилегий.

Спустя минут десять изучения внешности наставника, Криста, скрипя сердцем, признала, что он недурен собой. На этом она оборвала исследования, испугавшись зайти слишком далеко.

Позже, когда все расходились по комнатам, ее нагнала Нел. С чудесного спасения Кристы они стали лучшими подругами, как Нел и предсказывала. Теперь странности интуита воспринимались как должное и даже приносили пользу. Например, она заранее знала, что будет на обед. Или как одеться на прогулку, чтобы не промокнуть под дождем.

Но в этот раз девушка все-таки удивила. Взяв Кристу под локоть, сообщила доверительным шепотом:

— Не обижайся, между нами ничего не было и не будет. Он мне даже не нравится в отличие от Телли.

— О чем ты? — не поняла она. — И кто такая Телли?

— Та, крашенная, — махнула рукой Нел. — Она сказала, что без ума от Сета. Но мне он не нравится. Не ревнуй.

Криста сбилась с шага и чуть не упала:

— Что за чушь ты несешь? С какой стати мне ревновать Сета? Я ничего подобного не чувствую.

— Да? — Нел захлопала ресницами. — Значит, я ошиблась. Не бери в голову, — они дошли до спален, и подруга поспешно скрылась в комнате.

— Эй, — Криста постучала в закрывшуюся перед носом дверь. — Не убегай от разговора. Что ты там опять видела в будущем?

— Ничего, — донеслось из комнаты. — И вообще я спать хочу. Увидимся утром.

— Ненавижу, когда ты так делаешь, — Криста пнула дверь.

Не дождавшись ответа, она ушла к себе, где еще долго ходила из угла в угол, успокаиваясь. Взгляд упал на портрет родителей, и в груди привычно заныло. Какого Вела она делает? Сколько еще будет себя изводить? Сет прав: это не портрет близких, а пытка. Каждый раз глядя на него, она напоминает себе чего лишилась. Лучше один раз оплакать потерю, чем растягивать боль на года.