Обреченная любить

— Потом решу, — отмахнулся он. — Не привязывайся к ней, все равно придется отдать.

— Как не привязаться-то, — женщина пеленала младенца. — Ведь хорошенькая. Вырастет, красавицей будет.

— Не говори глупости, — эрл передернул плечами. — Часа не прошло, как родилась. Не понято еще, какой вырастет.

Няня только вздохнула. Под эти ее вздохи эрл покинул детскую и поспешил к жене.

Лекарь встречал его у двери спальни.

— Боюсь, у меня дурные вести, — сказал он. — Кровотечение удалось остановить, леди Иона выживет и вскоре пойдет на поправку, но детей у нее больше не будет.

Эрл пошатнулся. Не будь позади стены, упал бы. Взгляд метнулся в направлении детской. Оттуда доносился плачь первой и единственной дочери. Из позорного клейма семьи она в одночасье превратилась в драгоценное сокровище, и Леофрик собирался о нем позаботиться.

— Позвольте осмотреть ребенка, — произнес лекарь. — Хочу убедиться, что с ним все в порядке.

Эрл вгляделся в его простодушное лицо. Вряд ли лекарь в пылу борьбы за жизнь женщины и младенца заметил, каким родился ребенок.

— Ребенок здоров, — отчеканил эрл. — О нем есть кому позаботиться. Идемте, я провожу вас.

Он лично проводил лекаря, а после строго-настрого запретил прислуге входить в детскую. За ее дверями скрывался секрет семьи, и князь уже придумал, как спрятать его у всех на виду.

* * *

— Ай, — вскрикнула Криста, когда няня особенно сильно дернула волосы. — Ну, сколько можно, в самом деле? Мне уже девятнадцать, я выхожу замуж, могу и сама помыть голову.

— Не брыкайся, чай не коза, — няня втирала в волосы вонючую смесь, которую Криста терпеть не могла. — Я и опосля свадьбы тебе голову мыть буду.

— Вот еще! Кто тебе позволит?

Няня не спорила, продолжая мучительную процедуру. Намазав волосы липкой жижей, она велела ждать полчаса. Кожу щипало, от едкого запаха слезились глаза, и последние пять минут Криста притопывала ногой от нетерпения. Неужели без этого никак? Амария – дочь кухарки – утверждала, что с ее волосами ничего подобного не делают.

Раз в две недели после особого мытья головы Криста всерьез подумывала остричь косу. Волосы у нее были шикарные – густые, длиной, как говорила няня, до того места, на которое Криста любила искать приключения. Но стоила ли красота страданий?

— Стоила, — вздохнув, ответила Криста сама себе.

Ведь Дэмиону нравились ее волосы.