Квенты Винкроса. Ловушка для наместника

— Да расслабься, это же просто разговор, — еле слышно произнес он, чтобы не привлекать внимания других пассажиров. — Меня зовут Джейк.

— Отличное имя. Прямо как у героя, — указала она на книгу, затем закрыла ее и отложила в сторону. — Летишь в Нью-Йорк или дальше, с пересадкой?

— В Нью-Йорк, по делам. — Он не стал вдаваться в подробности.

— Командировка?

— Да, командировка… — Коллинз замолчал и вдруг подумал, что не станет рассказывать ей, кто он на самом деле. Гораздо приятнее кому-то понравиться просто так, а не за суммы на счетах.

— Я… закончила факультет журналистики. Теперь ищу работу. В Нью-Йорке большие перспективы.

— Согласен. Где намерена остановиться? Мы могли бы встретиться.

Ее глаза округлились и стали просто огромными.

— Я живу неподалеку от Центрального парка. Но зачем нам встречаться?

Джейк нервно сглотнул, только бы не ляпнуть лишнего. Незнакомка его и правда привлекала. И цель его была самой, что ни на есть, обычной — получить удовольствие.

Но этого говорить не следует, сначала нужно избавить от сомнений. Он умел быть галантным и обаятельным, если этого требовали обстоятельства, точно так же, как мог быть суровым и беспощадным.

— Просто пройтись, — заверил он ее. — Я никогда не бывал в Центральном парке. А еще мы могли бы посидеть в кафе. Выпить… зеленого чая.

— Не знаю, — пожала она плечами, — у меня будет совсем мало времени.

Чтобы не настаивать на встрече, он начал развлекать ее историями: рассказывал про устройство самолета, про подъемную силу, про потоки воздуха.

Он хотел было достать визитку, но все же решил не выдавать себя.

— Я позвоню на днях, — подмигнул и спрятал листок во внутренний карман пиджака.

***

Винкрос, Урсул

Ника ждала Стайгена не очень долго, но и это время показалось вечностью. Скорее бы покончить с игрой, которая порядком надоела! Она не принимала законов Арниана всерьез, поэтому старалась не слишком опечаливаться своим новым статусом.

Эти самоуговоры не особо успокаивали, и сердце было не на месте. Она не испытывала к князю никаких чувств, кроме жажды мщения и ненависти.