Питомица дракона

 

Разговор об имени как-то сам собой зашёл. Базовые стараются его не заводить, инициатива должна исходить от вновьприбывшего. Точнее новорожденного. И вот он спросил как нас зовут. Озвучили свои имена и церемонно добавили “рад встречать тебя”.

— А как вы получили их?  

Изумрудный ожидаемо начал первым:

— У меня всё просто, по цвету.

— И всё? В смысле, нет кого-то, кто всех называет? 

Мы переглянулись. Странная идея. А у меня закралось одно предположение: этот дракон словно помнит какие-то ассоциации из прошлой жизни.

И явно не местной. Убитый здесь и ушедший на новый круг — такое бы не предположил. Хоть и ведёт себя новенький похоже, словно опытный уже. Но. 

Обсудили, пояснили, что у нас нет родителей или центрального управления — это не эффективно, пробовали. Тогда он предложил, чтобы имя ему выбрали мы. 

— А лучше ты, Дэган. Хочу, чтобы именно ты меня назвал, — сказал новенький. 

Я смотрел на него внимательно. И нет, похоже, день с нами повлиял на него благотворно.

Больше не юлит, не старается скрыть что. Как будто правда хочет, чтобы это я сделал. Но извини, такую ответственность с себя ты на другого перекинуть не имеешь права. Права перед собой же. Я вздохнул и ответил:

— Я не могу это сделать. Хоть имя для тебя в моей голове уже есть. 

— Почему? — натурально удивился.

— Моё имя ничего не значит, ты заметил, — продолжил я с ещё одним вздохом. — Этому есть объяснение. 

— Не просто приятное слуху сочетание? — удивился медный.

— Я его вспомнил. Сам. Три дня понадобилось. 

— Я над своим четыре думал, — буркнул тихенько Морок.

— Что значит вспомнил? Из прошлой жизни? — не обратил он внимания.

— Мне так кажется, — ответил и решил снизить градус серьёзности. Это ведь всего лишь имя. — Но могу ошибаться. Вдруг это самое распространенное в моём мире ругательство и я умирал с ним на устах. 

— Или это имя твоего возлюбленного, — хихикнул Изумрудный, послав образы еды, малиновых пупырчатых фруктов.

Я не понял, медный тоже нахмурился, а вот Морок побледнел и вскипел:

— Да, я люблю киваши! Они вкусные! Ты уже достал припоминать! — накинулся он на брата.

— А в чём дело? — недоумеваю. 

Покатываясь со смеху, Изумрудный пояснил:

— Ещё бы день раздумий об имени, и звали бы его Киваши! Ахахах! Он как нашёл их впервые, так оторваться не может по сию пору! Спрашивал, нельзя ли сменить имя! Уахаха! И ведь столько над ним думал!

Мы с медным переглянулись.