Питомица дракона

Но сама она не стала драконом и память не потеряла, потому что по пути её посчитали женщиной и далее всё пошло по иному сценарию. 

— То, что происходит внутри мира — обычно нас, системных существ, не касается, — сказал демиург. — Мы лишь следим за потоком душ, которые выходят из мира, дабы идти дальше, и за теми, что в него попадают. Но в Кеацфине творится нечто неладное. Души исчезают, но не проходят дальше. Ни одна из невест, умершая при родах, так и не появилась больше нигде. Ни в круге реинкарнации мира, ни покинула его пределы.

— Странно... — протянул я. — Не думаю, что проклятие могло так повлиять… 

— Согласен. Я бы мог ещё поверить, что девушки умирают, но исчезать? Нет, ерунда.

— А они не могут передавать свою душу потомку? Богу, которого родили?

— Нет, — демиург покачал головой. — Это иной процесс. Сознание и душу закладывают в бога ещё в чреве матери. Это прочим порой приходится создавать… Хотя не важно. Суть в том, Дэган, что боги могут появляться на свет разными путями.

Я недоверчиво хмыкнул. Нет, в его подкованности касательно того, что и откуда берётся, у меня сомнений нет. Но вот конкретно эта история вызывает вопросы.

— Хорошо, — сдался демиург, — признаю, я проверял. После очередного случая, когда я уже пристально наблюдал за потоками в Кеацфине, пошёл и проверил новорождённого. Ничего странно не нашлось. Совершенно обычный человеко-рождённый бог. 

— Лира называла их ванами. А прошлое поколение — асами.

— Обычная терминология для Спирали. Вы пришли из системы, а у нас так и говорят. Сразу отвечу на твой вопрос. Ваны — боги низшего уровня, происхождением связанные со смертными. Асы — боги высшего уровня, либо ставшие таковыми в результате персональной эволюции души, как Лира, либо опустившиеся с более высоких ролей. Как ты, Дэган.

— Я? — приподнял бровь и сузил глаза. — Хочешь сказать, я был больше, чем богом? Вы вместе с Роуданом когда-то были демиургами, мы вместе проходили обучение в… В общем, братья вы не по крови, а по эволюции.

— А Мириэлис? — хрипло спросил я. Голос срывался, но я боялся не спросить. Что, если демиурга больше не получится вытянуть на такую откровенность? Не ожидал, что услышу так много о себе от него…

— Подруга. Твоя, причём. Насколько помню, увлекалась тобой, но твоё сердце уже было прочно занято, потому она осталась с Роуданом.