Сын болотной ведьмы

Нога поехала по жидкой грязи, и, нелепо взмахнув руками, я упала с тропы – прямо в черное зеркало воды, подернутое ряской. Окунулась с головой, вынырнула и тут же почувствовала, как тянут в глубину ледяные руки, стиснувшие тело мертвой хваткой.

Глава 11

- Проклятье! Лери! Руки в стороны, дотянись до травы и замри! Не шевелись, пока не скажу!

Оглянувшись, Гергис сплюнул, выругался и расстегнул ремень. Обмотал конец с пряжкой вокруг запястья, оценил длину и бросил на землю. Хоть я и упала рядом с тропой, но, вынырнув, оказалась значительно дальше, поэтому не дотянулась бы.

Выругавшись еще раз, Гергис снял плащ, скрутил его жгутом и бросил конец мне.

- Держись крепче! Постарайся поднять ноги и лечь на воду. Только медленно и плавно, без рывков. Дыши глубже, но реже.

Легко сказать! Вода была лишь сверху, а под ней – густой вязкий ил, который обволакивал меня, пытаясь затянуть вглубь. От ужаса темнело в глазах, воздуха не хватало, в висках стучали кузнечные молоты.

Он уперся в тропинку ногами, ушедшими в грязь по щиколотку, и тянул меня к себе, с усилием преодолевая сопротивление топи.

Та не сдавалась, не желая отпускать добычу. Я видела, как вздулись жилы на руках Гергиса, а на лбу проступили крупные капли пота. Перехватывая плащ, он подтаскивал меня все ближе и ближе.

- Держись, Лери, еще немного! – повторял он то и дело, и я уже верила, что все обойдется.

Схватив за руки, Гергис рывком выдернул меня из воды. Точнее, верхняя моя часть уже была над поверхностью у самой тропы, а все, что ниже пояса, еще в болоте.

Я хотела опереться коленом о край, чтобы помочь ему, но он крикнул резко:

- Нет! – и добавил мягче: - Не пытайся выбраться сама. Под твоей тяжестью земля может обвалиться, и тогда утонем оба. Не шевелись, я тебя сейчас вытащу.

Наклонившись и крепко держа меня за руки, Гергис пятился по дорожке задом, пока я полностью не оказалась на тропе. Носом в грязь. Впрочем, это уже не имело никакого значения. Мокрая, замерзшая, по самые уши в болотной тине – но живая!

- Вот теперь вставай!

Он помог мне подняться и… крепко прижал к себе, покрывая быстрыми судорожными поцелуями лицо и волосы, а потом впился в мои губы – жадно, сильно, почти до боли.

И что-то дрогнуло глубоко внутри. И пришло оттуда же – не воспоминанием, а тайным знанием души и тела: так было и раньше.

Когда-то я хотела его и была счастлива. Так недавно – и так давно. Но все это ушло под толстую броню обиды и разочарования.