Милая Лэина в логове Змея

Удобный способ держать лишние глаза и уши как можно дальше от себя.

Я подняла его на второй этаж, занесла в комнату и на кровати уложила на живот. Он поморщился от боли, но не издал ни звука. Через Связь его боль отголосками доходила и до меня, спину неприятно садило.

Когда я стащила с него рубашку, моему взору открылось месиво, в которое кто-то или что-то превратило его спину. Какие-то осколки были покрупнее, и их несложно достать. Но некоторые были слишком малы.

- Используй Волю, - сказал Рагавурр, заметив моё замешательство.

Присев рядом с ним на кровать, я осторожно вынула один из крупных осколков рукой. Боль пронзила мою спину и отдалась в позвоночнике. Пожалуй, вынуть всё разом действительно лучший способ.

Я собралась с силами, ощутила окружавшую нас воду и осторожно направила её в раны, отчего спину начало щипать. Убедившись, что каждый из осколков окружён водой, я резко потянула её наверх, и Рагавурр приглушённо и сдержанно вскрикнул. Я опустила осколки на пол и выдохнула с облегчением, руки тряслись то ли от пережитого напряжения, то ли от до сих пор расходившейся по всему телу боли.

- Нужно позвать целителя, - я встала с кровати и собиралась найти кого-то из слуг.

- Не смей, - процедил Рагавурр сквозь зубы. – Запомни, ничего этого не было. Ни ран, ни меня в том подвале. Да и тебя там не было тоже. Договорились?

Я кивнула.

- Посиди со мной ещё немного, милая Лэина. Пока раны не затянутся.

Моё равнодушие, которое так ужасало меня совсем недавно, куда-то улетучилось, и я послушно присела на край кровати.

- Ты нашёл, что искал? – спросила я, чтобы заполнить повисшую тишину.

- Да.

- И где же оно?

Он усмехнулся.

- В том-то и дело, что его больше нет.

Загадочного спутника послала мне судьба.

Когда на его спине не осталось ран, я помогла ему подняться и надеть рубашку.

- Не останешься на ночь? – спросил он то ли в шутку, то ли всерьёз.

Я ответила ему его же усмешкой и поплыла из комнаты прочь, пока он не успел окончательно восстановить силы и предпринять что-то более решительное, нежели безобидный якобы шуточный вопрос.