Милая Лэина в логове Змея

Мысль о Рагавурре снова привела меня в пещеру под скалой Маруог. Слова Верриона эхом отдавались в памяти: «А метка всё такая же яркая… Ты уже не сможешь отказать ему. Я предупреждал, не стоило впускать его так глубоко в свою душу».

И мне снова хотелось ответить ему: «Ты опоздал, Веррион. Уже тогда опоздал».

Тяжёлым грузом легло на мои плечи осознание глубины нашей Связи. Я не только не могла отказать ему, но больше и не хотела. Моё отчаянное сражение за свободу касалось лишь Воли и уже давно не имело никакого отношения к моему сердцу.

«Ох, отец, мне стоило бы вовремя прислушаться к твоим предостережениям…» - я перевернулась на бок, прикрывая глаза и надеясь заснуть, но, увы, совершенно напрасно. Мои мысли продолжали метаться, словно стая рыб, на которую напали дельфины. А я отчаянно пыталась найти выход из безвыходного положения.

Любить Морского змея – немыслимо, но неизбежно. И в то же время невыносимо. Его холодную расчётливость, его равнодушие я никогда не смогла бы принять. Если бы… Если бы он только ответил на эти чувства взаимностью!

Сердце сжалось в моей груди: даже его взаимность ничего бы не решила. Потому что наследница Лаан не может примкнуть к племени Ругоии. Никогда и ни при каких обстоятельствах королевская кровь не должна попадать в наследие других племён. Иначе жертва наших прародителей окажется напрасной.

Мне неведомо, почему Океан оказался против моего поединка с Рагавурром, но я знала точно, что этим способом для освобождения воспользоваться уже не могла. Отказать Морскому змею тоже не могла. А стать женой одного из Ругоии тем более.

Мой сон был тревожным и рваным, а утром, с трудом запихнув в себя несколько кусочков рыбы с принесённого в комнату служанкой подноса, я сама не поняла как вместо библиотеки приплыла к кабинету моего «избранника». Наверно, привели меня туда мысли о сокровищнице и об Омаал Раог, про который советник Правителя просто не мог не знать.

Я осторожно провела рукой по жемчужному занавесу, привлекая внимание, и Рагавурр с довольной улыбкой пригласил меня внутрь. Встретив меня на полпути к письменному столу, он взял меня под руку, и мы направились к стоявшим у стены креслам. Он предложил мне присесть, но я, сама не знаю зачем, отказалась. И мы так и остались стоять друг напротив друга, держась за руки.