Жених из позапрошлого века

Дух между тем отвернулся, время от времени кидая на неё обиженные взгляды, не забывая при этом изящно откидывать с глаз чёлку. – Так вот. Все вы тут мальчики, а я девочка. И раз уж мы живём, как бы все вместе, я требую не нарушать моё личное пространство, и когда переодеваюсь или сплю, вытряхиваться вон из комнаты.

― А как ты узнаешь, что нас нет? Может, мы просто невидимые? – зловредно хихикнул не упокоенный.

― А ты вообще молчи! Ещё раз мне бардак устроишь или что-то свалишь, я тебя...тебе... – Майя не знала, чем грозят духам, и судорожно соображала, как приструнить обнаглевшего от безнаказанности Фёдора.

― Что? – хихикнул тот и подбоченился, лихо заломив свой засаленный картуз. – Что ты мне сделаешь?

― Соль кругом расставлю и батюшку вызову. А не поможет, так утоплю в святой воде! – рявкнула Майя, но зловредная нечисть только рассмеялась ей в лицо.

― Умолкни, ирод! – строго вмешался Прокопий. – Сам тебя запирать буду, чтобы глаза не пялил, куда не след! – и по-отечески пообещал Майе: – Не боись, никто за тобой наблюдать не станет.

― Спасибо! – с чувством ответила она, почему-то доверяя маленькому домовому. – Водки у меня нет, но куплю для вас, раз вам молоко нельзя.

Прокопий расплылся в благодарной улыбке, с нежностью глядя на молодую хозяйку.

― А ты? Как тебя зовут, кстати? – Майя обратилась к хранителю.

― Очень кстати это было бы сразу спросить, а теперь это называется уже – между делом, – занудно пробухтел блондинчик.

Хотя, с другой стороны, страшно представить, что он мог видеть и видел за всю её жизнь! Вот так живёшь себе, вроде чётко понимая, когда ты одна, а когда на людях... А потом оказывается, что одна ты не бываешь никогда! За тобой вечно кто-то наблюдает. Вуайеристы потусторонние!

Часть 5

Некоторое время духи не появлялись, хотя различные мелкие предметы нет-нет, да и повисали в воздухе, а следом раздавалось недовольное сопение и старческое кряхтение.

Серафим с духами даже подружился, теперь они задорно играли в прятки, догонялки и салочки, периодически снося всё, на пути своих забав. Причём только иногда они играли днём, а чаще ночью.