Алисандра

А мое тело медленно поднималось вверх, отрываясь от земли, удерживаясь с помощью этой сковывающей полупрозрачной дымки.

– Я предупреждала, – громкий шепот раздался сразу со всех сторон.

Меня с размаху кинули в дальний угол. Это было больно – удариться спиной о стену. Но что физические ощущения по сравнению с пережитым шоком? Хоть больше не было леденящего душу холода и в воздухе виднелись лишь остатки салатового быстро исчезающего блеска, в голове запечатлелось все до малейшей детали.

Я долго стояла на четвереньках, откашливаясь и потирая шею.

Старуха же как ни в чем не бывало снова погрузилась в свое занятие. Больше мне не хотелось говорить, двигаться, что-то делать. Мозг требовал поскорее забыть произошедшее, найти логическое объяснение, придумать метод, с помощью которого можно провернуть подобное.

Сколько времени на это ушло, не знаю. Я сидела в том же углу, окончательно отмораживая и так окоченевшее тело. Взглядом я раз за разом останавливалась на старухе, изредка прищуриваясь. Я выискивала какие-нибудь прожекторы, еле заметные нити, хоть что-то.

Но никаких приспособлений не обнаружилось.

А это ощущение холода внутри... При одном только прикосновении полупрозрачной мерцающей дымки в груди все сковало. То была не тяжесть, не боль, не пустота. Это больше походило на озноб, пробегающий по телу. Только он не ушел сразу же, а остался там, где примерно должна быть душа, возле сердца. Словно ветер начал завывать под кожей, а начало брал из солнечного сплетения.

– Все, – оторвала меня от нескончаемого прокручивания воспоминаний в голове бабка.

– Ну что, готова?

Я, словно загнанный зверь, начала отползать в угол, страшась повторения случившегося.

– Не бойся. Все будет хорошо, – улыбнулась она. – Для меня, – и Миссуния засмеялась.

Этот звук отскакивал от всех стен, усиливаясь в разы.

– Вы укажете мне дорогу в город? – в полном отчаянии я снова задала этот вопрос.

Мне стали не важны недавно происходившие необъяснимые события. Дайте вернуться домой. Там я все забуду, отвлекусь, займусь делами.

Надо уйти. Подальше отсюда, от этой чокнутой, от червей, холодного земляного пола, исчезающей двери и салатовой переливающейся субстанции.

– Алисандра, – села бабка на край лавки, что находился ближе всего ко мне. – Ты ведь пришла сюда не просто так. Мне понадобилась жертва, и вдруг ты постучала в дверь. Я даже сходила в город, – после этих слов она снова противно засмеялась, – купила все необходимое. Подготовила место. Осталось только закончить начатое.