Алисандра

Я ведь уверена – тут был выход. Был!

От этого занятия меня оторвал тихий грудной смех сзади.

– Вы дверь видите? – указала я пальцем на место пропажи.

– Деточка, – вздохнула старушка, – я же говорила, что ты никуда не пойдешь.

Она положила что-то в свою сумку, обошла меня, застывшую с открытым ртом, и пропала. Старушка исчезла именно там, где должна быть дверь. Она всосалась в твердую вертикальную поверхность. Скрылась за ней.

Я с приумноженным рвением начала дотрагиваться до каждой частички этой стены.

Снизу, сверху, по центру, в одном и во втором углу, от начала и до конца. Мне надо было обнаружить хотя бы засечку, неровность, углубление, гвоздик, ручку, дырочку. Но ничего не получалось.

Паника так и подкатывала. Она пыталась взять верх надо мной, укорениться, заставляла делать необдуманные поступки. Один из таких – бить кулаками в стену, чувствовать боль в руках. Я кричала, звала на помощь, толкала, врезалась с разгона.

– Она там была, – надрывным голосом выдавила я, падая на лавочку.

– Я ведь не сумасшедшая. Не могу ею быть.

Но тогда как объяснить все это?

Я провела рукой по лицу и снова подняла взгляд на стену. На ней находилась только моя тень. Если бы старушка не всосалась туда, то сейчас можно было бы плюнуть на память и выдвинуть вердикт – ошиблась, показалось, напутала. Но она пропала именно в том месте, где сейчас расположился мой черный застывший силуэт.

– Все нормально, – оперлась я руками о скамейку и сделала протяжный выдох. – Сейчас разберемся.

Глаза так и косились на стену, но я старалась больше не обращать на нее внимания. Раз уж побились головой и не достигли нужного результата, пришло время искать другой вариант.

На этот раз исследованию подверглись все остальные стены. Я проверяла полки, отодвигала травы, толкала каждое вертикально расположенное бревно. Даже печь подверглась тщательному осмотру. С помощью длинной палки непонятного предназначения я простучала потолок, прислушиваясь к изменениям в звуках.

И пол не остался без внимания. Я ползала на коленях, проверяла стыки, пыталась рыть яму. Но все тщетно.

Темница без окон и дверей начала пугать еще сильнее. Только благодаря тишине, отсутствию шорохов и завываний удавалось сдерживать подкрадывающуюся истерику.

Шесть цельных поверхностей. Я не могла сойти с ума, ведь попала как-то внутрь. Значит, что-то с моими глазами. Или мозгом.

– Каша! – вскрикнула я, поворачиваясь к столу и задевая книгу.