Испытание

Я была на грани обморока. Ахметов заставил меня выпить какие-то таблетки, но то, о чем он говорил позже, все равно плохо отложилось в моей памяти: что-то о том, что мне нужно время, чтобы принять сказанное им, о методе регрессивного гипноза, который позволит заглянуть в мое прошлое.

Все это просто не укладывалось в голове. Мне нужно было время, чтобы обдумать услышанное и решить для себя, верить или нет. В первом случае я должна была принять абсурдную, псевдонаучную теорию о переселении душ, во втором посчитать все совпадением, игрой сознания или первыми признаками потери рассудка.

Оба варианта меня не устраивали. Не представляла, как жить с этим дальше. Может быть, правы были родители, лишившие меня этих воспоминаний?

Самое страшное, что я не могла даже ни с кем поделиться этими переживаниями. Отец и мама начнут переживать и будут молчать как партизаны, я их знаю. Андрей – скептик до мозга костей, даже в большей степени, чем я. Без доказательств нет смысла начинать разговор. Сережа выслушает, но тогда получится, что я вспоминаю о нем лишь в те моменты, когда мне плохо.

Нет, пусть строит свою жизнь. Он заслуживает счастья. Подруг у меня не было с детства. Я никогда не задумывалась об этом раньше. Всем, даже самым сокровенным, была вынуждена делиться с врачами. Какие могут быть девичьи секреты?

О Нике даже думать нельзя. Не представляю, как он узнал обо всем раньше меня? Неужели все понял, потому что страдал похожим синдромом? Это многое бы объяснило. Он мог бы поделиться со мной своими мыслями на этот счет, рассказать, как справляется с такими проблемами.

Я сама оттолкнула его, но только теперь поняла, что он единственный, с кем я могла быть откровенной. Почему-то знала, что не увижу даже намека на насмешку в его глазах, смотревших на меня всегда с теплом и затаенной грустью. Только как мне теперь смотреть в эти глаза?

_________________

[1] Джон Форбс Нэш – нобелевский лауреат, биографии которого посвящен фильм «Игры разума». С юности страдал галлюцинациями. Со временем у него развилась параноидная шизофрения.

Глава 25

Вернувшись домой, меньше всего хотела кого-то видеть. Мне нужно было время, чтобы понять, как жить дальше, как примирить прошлое со своей новой реальностью. Что угодно ждала от этой встречи с Ахметовым, но только не то, что услышала.

Сославшись на усталость, сразу отправилась в спальню.

– Даже не поужинаешь со мной? – спросил Андрей. – Анна Гавриловна приготовила чудесное жаркое.

– Прости, я плохо себя чувствую.