Испытание

Я начала что-то смутно припоминать. Андрей говорил об этом накануне, но я совершенно упустила этот момент, полностью поглощенная работой и новым заданием.

– Только не говори, что забыла! Там такая природа, такой воздух, что никого не оставит равнодушным. Наверняка тебя посетит вдохновение.

Андрей говорил о поездке с таким восторгом, что мне стало стыдно. Опустив глаза, прошептала:

– Прости. Этот проект совершенно лишил меня сил. Боюсь, не смогу поехать. Может быть, останешься со мной?

– Не в этот раз, – ответил мой парень.

– Я всю неделю работал, не покладая рук и заслужил отдых. Доберешься до дома сама?

Разочарование в его голосе смешалось со злостью, а меня захлестнула обида.

– Не в первый раз, – ответила. – Отдыхай, ни в чем себе не отказывай.

Он наклонился, чтобы поцеловать меня, но я отвернулась. Губы неловко мазнули по щеке. Андрей выпрямился и произнес сдержанно:

– Не злись, Ника. Я не единожды напоминал тебе об этом. Нет смысла обижаться, если ты не умеешь планировать время.

– Проехали.

Я махнула рукой, не желая продолжать неприятный разговор. В чем-то Андрей был прав, но признавать его правоту совершенно не хотелось. Все три дня майских выходных я буду вынуждена посвятить работе вместо того, чтобы провести их за городом с любимым человеком, в хорошей компании. Хуже наказание было сложно придумать.

***

Было обидно до слез, но поехать я все равно не могла. Шеф вызвал к себе, едва за Андреем закрылась дверь и произнес:

– Корсакова, за выходные не справишься, пеняй на себя! В понедельник приедут наши греческие партнеры и, не дай Бог, к тому времени у тебя не будет презентации рекламной компании.

– Я все сделаю, – ответила, впрочем, без особой уверенности в голосе, что «царь» сразу почувствовал.

– Ты меня слышала, – добавил он с нажимом.

Домой возвращалась в отвратительнейшем настроении. Выходные, которые я думала провести со своим парнем, стали продолжением рабочих будней.

И все-таки в вечер пятницы хотелось себя побаловать, поэтому по дороге я заглянула в кондитерскую и купила целый набор пирожных.

Справедливо решив, что утро вечера мудренее, или понадеявшись на "авось", отложила работу на завтра. Заварила чашку черного чая с клюквой и ванилью, села на диван, подобрав под себя ноги, чего никогда не позволяла себе в присутствии Андрея. Поставила на колени поднос со сладостями, и включила телевизор. Демидов не любил сладкое, не смотрел телевизор, поэтому я воспользовалась его отсутствием и позволила себе сразу две слабости.