Этикет для Сусликов

– Вот пусть Мира Аттерос и рассудит, что я тебе должна: вернуть башмак или преподнести кирку для добросовестной работы на серебряных рудниках! – ухватив нахала за ворот внешне крепкой кожаной куртки, который со всей силы подёргала, проверяя, а не оторвётся ли он, прошипела Иветта, делая первый шаг в сторону башен.

Больше не обращая внимания на угрозы пополам с жалостливыми стенаниями, она потащила несчастного кровососа к воротам, открывающимся во внутренний дворик мрачной крепости. Та, точно каменная горгулья, оседлала горловину, ведущую в цветущую горную долину.

– Отдай по-хорошему, смертная! – Фаор в первый раз за все время своего существования столкнулся с тем, что его чары не оказали на наглую девицу совершенно никакого влияния.

– Рита, эта пакость ещё смеет мне угрожать?! Сам лоханулся, а теперь права качать вздумал! – сопровождавшая её тень тщетно попыталась сдержать рвущийся наружу смешок, прозвучавший в гробовой тишине пушечным выстрелом.

Приложив скандалиста ботинком по голове, ведьма решительно поволокла его к двум воинам в древнегреческих доспехах, с интересом посматривающих на занятную троицу, но не вмешивающихся в свару.

– Этого болвана от глупости не спасут даже серебряные рудники! – горестно вздохнул Тесей, сокрушённо покачав головой. – Хотя, если перевоспитание поручить вот такой вот ведьме, думаю, что дела бы даже у него быстро пошли на лад. В обмен на награду в виде спокойной жизни в Тартаре.

Получив очередную затрещину от Иветты, ламий только что-то неразборчиво пробормотал себе под нос и больше не делал попыток удрать.

Мира заправила за ухо огненно-рыжую прядь, и с нескрываемым любопытством посмотрела на гостью из мира живых. Потом задумчиво проронила, сверкнув серыми глазами:

– Твои способности могут быть велики, если ты и дальше будешь так же много внимания уделять учёбе и их развитию. Согласна с Гекатой: Эребус, да и остальные, не лучше. Слишком уж разрезвились небожители в последние десятилетия, понабравшись, чего не надо, у твоих же современников, ведьма.

– Пожалуй, я должна благодарить Лили за то, что она избавила меня от возможности пострадать от собственного неудачного выбора. Эти двое и без посторонней помощи возведут стены своего персонального ада.