Этикет для Сусликов

Потом принялась искать, где окопались обведённые вокруг пальца молодожёны

Нокс, нашептав заветные слова на сапфировое узилище Эребуса, выпустила сильно проштрафившегося супруга на волю, сразу же предупредив:

– Перья-то подбери, павлин неощипанный! Иначе горько пожалеешь, что разозлил меня! Что-то в последнее время у тебя рыльце столь густым пушком заросло, что это уже даже ламии заметили! Уж они-то на такого рода вещи не особо внимание обращают: привыкли к нашим маленьким слабостям за пролетевшие со времён Античности века.

– Нокс, ты тоже, смотрю, времени даром не теряла! Кто тот блондин с голубыми зенками, который около тебя совсем недавно вертелся и руки распускал так, как никто другой на моей памяти себе не позволял?

– О, это всего лишь новая забава Талеи, милый! Мы только хотели слегка позлить тебя. Не более того. Так что переставай ныть, а то такое поведение уже начинает вызывать у меня раздражение и желание задать тебе знатную трёпку, чтобы не забывался! Я – жена тебе, а не доступная певичка из «Смеха Феи» или иного злачного заведения! – и она игриво щёлкнула Эребуса по носу.

– Сколько раз, Никта, просил тебя этого не делать при посторонних?! Меня же не только смертные перестанут бояться, но и свои совсем не будут уважать!

– Котик, твоя репутация за тысячелетия настолько подмочена, что высушить её не сможет даже пламя Тартара! Так что успокойся и радуйся жизни, но так, чтобы Юпитер и Юнона тебе по глупой башке не настучали чем потяжелее.

Эребус решил не терять времени даром, вступая в словесную перепалку, которая все равно не изменит его намерений в отношении вредной смертной ведьмы. С досадой на лице отмахнулся от супруги, как от порядком надоевшей мухи, и помчался туда, куда его вело поисковое заклинание.

Лилия медленно плавилась под пылкими поцелуями, но просто так на милость победителя сдаваться не собиралась. Всеволод, теряя способность здраво соображать от все возрастающего желания, уже грешным делом подумывал, а не избавиться ли силой от кучи тряпок, которые не дают ему добраться до вредной и неуступчивой Ветки. Только словно какая-то сила не давала ему претворить дельную идею в сладкую реальность.