Связанные смертью

— Всё как всегда, — тихо сказала я, брезгливо следя за катившейся по лицу говорившего капле пота, и добавила чуть громче, переборов тошноту: – Стакан вишневого морса, — и кинула на стойку один медяк, монета со звоном покатилась, но практически тут же была поймана проворным парнем—продавцом.

— Будет сделано, — отрапортовал он и тут же занялся напитком.

Я находилась в этой преисподние уже двадцать минут, а Креган, будь он неладен, так и продолжал увиваться возле Дариуса, вовсе не спеша уделить внимание мне.

В баре становилось все жарче, и не только из-за душного спертого воздуха. Разговоры переходили на повышенные тона, девушки начинали выплясывать неприличные танцы, а двое мужчин, не поделив выпивку, устроили потасовку.

Тот, что был поменьше, разбил бокал полный пенного напитка о голову второго. И если в данной ситуации любой нормальный человек вырубился, то этот бугай, привстав, слегка пошатнулся, а затем, что есть силы, двинул в челюсть обидчику. В дальнюю стену врезался и тут же рассыпался стул, в то время как в другой части заведения уже переворачивали столы, возводя баррикады.

— Ну вот, денег в это месяце и так было впритык, а теперь еще на защиту тратиться! – ругалась я, будучи прижатой мощной энергетической волной к полу.

А затем словно по щелчку все прекратилось: в дверях появились хмурые ребята из Теней Ары, в руках которых были новомодные пушки с черного рынка. Видимо кто-то подал сигнал, и они пришли забрать своего шефа.

Все тут же стихли, а магическая волна опала, и даже те два скандалиста успокоились. Креган вместе со всей компанией спешно покинул заведение, пока я с остальными посетителями всё ещё в замешательстве оставалась лежать на полу.

Видимо, сегодня добыть информацию привычным способом не выйдет. А жаль, ведь у меня было чем расплатиться, все же не зря проторчала целый день на приеме у городского управляющего. Что ж, оставался еще один путь, которым пошёл бы нормальный журналист в первую очередь.

Поход в полицейский департамент не самое приятное занятие, и зачастую люди там ещё менее доброжелательные, чем в самых злачных местах.