Заложница своей воли

Правда повел себя с ней не очень красиво, не привык к подобной скромности, и, наверное, потому чувствовал такое непреодолимое влечение.

Ощутив прилив сил, я был даже готов с ней пообщаться, как это принято в обществе и извиниться. В этот раз необходимость соблюсти положенные ритуалы не вызывала тошноты, как при дворе короля Грегора III.

Я спустился вниз, где уже ждал накрытый ужин, и суетились слуги. При его приближении стихли и вежливо извинившись, исчезли. Остались лишь Генри возле дверной арки и Милли где-то у выхода.

Что она там творит, убирает что ли?

- Леди Винтерс пригласили? – уже сев, спросил я, предвкушая сытный обед. Запахи доносились изумительные.

- Милли стучала, но она, кажется, спит.

Я кивнул и принялся резать курицу, которая не поддавалась ножу. Не хочет есть и не надо, потом на кухню сходит. Бросил первый кусочек в рот, и пережевывая снова вернулся к мыслям об Эмилии. Интересно их в монастыре вообще кормили нормально, она такая худенькая.

- Милли не заглядывала в комнату? – поднял я голову.

- Не могу знать, милорд. Мне сказала, что постучала и ушла. А леди говорила, что хочет отдохнуть и очень мерзла.

- Как будто и не выросла на севере. Недаром ходят слухи о южной крови дочери герцога.

Что-то не давало мне спокойно продолжить есть. И точно не приличия. Интуиции я привык доверять.

Отложил приборы и вышел из столовой, в несколько шагов взбежав по лестнице к гостевым покоям. Генри молчаливой тенью следовал позади.

Предчувствие прямым текстом вещало, что не чисты дела, и уже не утруждая себя стуком, распахнул двери и зашел в темноту покоев.

Все свечи были загашены, но и без них на кровати виднелся холмик. Все таки заснула. Облегченно выдохнул и собрался было уйти, замерев в проеме, но все же решил убедиться, что в порядке. Не лихорадка же накрыла?

- Леди Винтерс, - я сел рядом, аккуратно положив руку на место, где полагалось быть плечу. – Эмилия? – надавил сильнее, и рука провалилась в мягкую ткань, набитую перьями.

Рык сам поднялся из груди, я всегда вспыхивал мгновенно.

- Вздорная девчонка! Где она? – последний вопрос относился слуге.

Генри невозмутимо поклонился.

- Я выясню, милорд.

Я метнулся в свою комнату, спешно переодеваясь. Вместе со злостью, стало немного тревожно за неразумную девушку. Неужели мое общество так неприятно, а сам страшен, что лучше бежать по сугробам в монастырь, чем повести ночь здесь, а затем доехать с комфортом.